Книга Академия драконов: Из деревни в истинные, страница 29 – Натали Чейни

— Но Каэрон… — прошептала она, и ее голос дрогнул. — Как я посмотрю ему в глаза, будучи твоей невестой?

Торн взял ее за подбородок, заставляя смотреть на него. Его пальцы были холодными как лед.

— Каэрон уже сделал свой выбор, Марена. Он прилетел сюда, посмотрел тебе в лицо и не увидел ничего. Через три недели он вернется, чтобы надеть кольцо на палец моей сестры. Ты хочешь сидеть в этом сарае и ждать, когда в зале заиграет свадебный марш? Или ты хочешь войти туда королевой, пусть и под моим гербом? Пусть он решает что угодно, — отрезал Торн, — Главное, что ты будешь живой и собой.

Марена долго молчала, слушая, как воет ветер за окном, выбора действительно не было.

— Хорошо, — выдохнула она, — Я буду твоей невестой. Но только для твоей матери и двора.

— Разумеется, — Торн хищно улыбнулся. — Мне нужен союзник. Собирайся. Нокс уже заждался.

Рассвет над Цитаделью был холодным и прозрачным, как горный хрусталь. Торн вывел Марену на самую высокую площадку, где их уже ждал Нокс. Черный ящер нетерпеливо бил хвостом по камням, а из его ноздрей вырывались струйки ледяного пара.

— Держись крепче, — бросил Торн. — Драконий полет — это не прогулка в карете.

Он легко запрыгнул в седло и протянул руку Марене. Как только она оказалась впереди него, в кольце его сильных рук, Торн подал знак. Нокс с оглушительным ревом оттолкнулся от края пропасти и рухнул вниз, прежде чем расправить свои огромные крылья.

У Марены перехватило дыхание. Ветер ударил в лицо, выбивая слезы, но через мгновение страх сменился восторгом. Они неслись над заснеженными пиками, пробивая облака.

— Видишь ту вершину? — Торн наклонился к ее уху, его голос перекрывал свист ветра. — Там живет старик. Он не любит гостей, но перед нами думаю, он не устоит.

Марена прижалась к Торну, чувствуя спиной его ровное сердцебиение. Ей было странно и непривычно находиться так близко к другому мужчине, который теперь называл ее своей невестой. Но в этом холоде и высоте она впервые за долгое время почувствовала искру надежды.

Марена и Торн достигли вершины, где небо казалось настолько близким, что его можно было коснуться рукой. Старец — иссохший, почти прозрачный старик с глазами, в которых застыла вечность, встретил их у входа в ледяную пещеру. Он не задавал вопросов. Он лишь посмотрел на Марену и произнес голосом, похожим на хруст ломающегося льда.

— Проклятие времени. Гнилое семя южной магии. Чтобы выжечь его, нужна не только моя воля, но и полярный жар дракона.

Он указал Марене на плоский камень в центре пещеры. Когда она легла, холод камня пронзил ее насквозь. Торн встал у ее изголовья, его ладони легли ей на виски.

— Это будет больно, Марена, — прошептал он, — Проклятие будет цепляться за каждую морщинку, за каждый твой седой волос. Не отпускай себя.

Старец начал нараспев читать заклинание на древнем языке и в тот же миг Торн закрыл глаза. Его кожа покрылась иссиня-черной чешуей, а из ладоней в голову Марены хлынул обжигающий холодный огонь.

Марена закричала, но крик застрял в горле. Ей казалось, что ее кожу сдирают, внутри нее началось сражение: черная магия Селерии, липкая и тяжелая, столкнулась с чистой мощью северного дракона. Искры ее собственного, запертого тока вдруг отозвались, вспыхнув под ребрами на мгновение.