Книга Магазин волшебных питомцев 2, страница 76 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Кыш отсюда! — скомандовал я.

Два хищника, рыжий и песочный, кубарем выкатились в торговый зал, устроив там весёлую возню с рычанием и тявканьем.

Я с улыбкой посмотрел на пустую миску. Эксперимент превзошёл все ожидания. С такой бандой мне теперь сам чёрт не страшен. Однако успех нужно закреплять. Да и азарт первооткрывателя — страшная штука, особенно когда у тебя в руках инструмент, способный перекраивать саму природу.

— Маруся! — негромко позвал я. — А ну, иди сюда.

Дважды повторять не пришлось. Буквально через пару секунд в дверном проёме нарисовалась Латунная макака. Она ухватилась тонкой лапкой за косяк, с любопытством заглядывая в процедурную. Шёрстка всё ещё выглядела тусклой, а на хвосте, там, где её цапнул Тоша, красовалась подживающая ранка.

— Иди ко мне, страдалица, — я похлопал ладонью по металлическому столу.

Маруся в два прыжка преодолела расстояние и заскочила на столешницу. Она уже привыкла, что я регулярно обрабатываю её именно здесь. Села, поджав под себя больной хвост, и преданно заглянула мне в глаза.

— У-у-а? — спросила она.

— Медосмотр! — тут же подтвердил Архимед. — Дышите! Не дышите!

— Сейчас мы тебя подлатаем, — пообещал я макаке.

Рунного яйца пока больше нет, Ряба не успела снести новое, так что придётся обходиться базовыми компонентами. Не страшно. Пусть уровень прямо сейчас не подскочит до небес, лишь бы новые силы прижились. Позже поднимем традиционными зельями с яйцами.

Активировал Питомник и выбрал нужную иконку. Разгорелось призрачное сияние, дохнуло мягким теплом. На столе появился Янтарный кролик — тот самый, излучающий целительную энергию. Ушастик повёл носом и удивлённо осмотрелся, хотя исчез ровно с этого же места. Маруся тут же потянула к нему ручонки, желая потрогать светящуюся шёрстку.

Я не стал мешать, но послал ей сигнал, чтобы не вздумала резко его хватать. Ладошка обезьянки утонула в рыжем мехе. Маруся нежно заворковала. Кролик на секунду подобрался, носик-пуговка заходил чаще. Но получив от меня ещё один импульс, он успокоился и позволил себя гладить. Я взялся за ножнички.

— С тебя медицинский взнос, рыжик.

Выстриг у кролика пару пучков с загривка. Угостил пострадавшего листом салата. Процедурная наполнилась хрумканьем.

Взял чистую миску, сходил в подсобку. Наполнил тёплой водой. Бросил туда светящиеся янтарные шерстинки. Следом достал драгоценный мешочек, аккуратно зацепил щепотку Золотой Пыльцы.

Ложечка звякнула о металл. Вода без мана-базы реагировала хуже: она не зашипела, а лишь тихонько забурлила, медленно окрашиваясь в тёплый, медово-золотистый цвет. Волоски растворились. Запахло липой и нагретой на солнце сосновой смолой.

— Пей, малявка, — я пододвинул миску к Марусе.

Обезьянка недоверчиво понюхала. Затем опустила мордочку и сделала первый глоток. Зажмурилась. И принялась лакать с такой скоростью, будто не пила неделю. Потом подхватила миску обеими руками и подняла, чтобы выпить на манер человека, и чуть не облилась.

Едва угощение кончилось, как макака замерла, вытянувшись в струнку.

Её латунная шёрстка вдруг начала наливаться внутренним светом, словно кто-то прошёлся по ней невидимой полировочной пастой. Грязь и колтуны исчезали, уступая место металлическому блеску. Но главное происходило не с шерстью.