Книга Гарем на шагоходе. Том 10, страница 120 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

УРОВЕНЬ КОРТИЗОЛА: ВЫСОКИЙ (ПИК ПРОЙДЕН). ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ОЦЕНКА: ОСТРАЯ МЕЛАНХОЛИЯ. РЕКОМЕНДАЦИИ: Для подавления экзистенциальной тоски и временного отключения совести рекомендована терапевтическая доза крепкого алкоголя (не менее 150 мл). В случае неэффективности — повторить.

Хм, эта электронная штука только что посоветовала мне набухаться с горя. Возможно, издевается. Я же, мать вашу, не могу опьянеть! Сплошное расстройство.

— Дорогой, ты в порядке? — тихий голос Кармиллы вырвал меня из воспоминаний. Она положила прядь мне на плечо. — У тебя такое лицо, будто ты не врага победил, а любимую собаку усыпил.

— Я в порядке, — глухо ответил я, не отрывая взгляда от дымящихся останков «Антеро». — Просто… это был хороший Волот.

Она ничего не ответила. Просто сжала моё плечо белой прядью чуть сильнее. И в этом простом жесте содержалось больше понимания и поддержки, чем в тысяче слов.

Да. Это был хороший Волот. Но его время вышло. Как и время моих прошлых жизней.

Пора двигаться дальше. Впереди нас ждёт Лиходар.

Вот только… теперь Кощей знает про моё секретное оружие…

Мы вышли из Диких Земель на рассвете.

Джунгли, которые несколько недель служили нашим домом, убежищем и персональным зелёным адом, остались позади, как дурной, но захватывающий сон.

Избушка тяжело переступила последнюю черту, отделявшую первобытный хаос от чего-то, что с большой натяжкой можно назвать цивилизацией, и остановилась. Я смотрел на раскинувшуюся впереди равнину, и на душе было странное, смешанное чувство.

Облегчение. И предвкушение.

— Ну вот, — раздался за спиной голос Лексы. — Кажется, мы снова в мире, где за убийство хотя бы выписывают штраф.

Я усмехнулся, не оборачиваясь.

— Не будь так уверена. В некоторых местах здесь за убийство могут и похвалить. Особенно, если убитый задолжал кому-то денег.

Мы продолжили путь. Ещё два дня спокойного размеренного пути через бескрайнюю стень. Рёв нашей гидравлики распугивал стада антилоп, которые, как водится, разбегались в стороны, топорща щупальцы на загривках. В киломентре от нас поблёскивал на солнце вытянутый силуэт «Мехатирана». Всё шло спокойно, никаких новых нападений.

А тишина, когда ты знаешь, что враг готовит удар, — всегда плохой знак.

Мы почти добрались до Пустоши, когда наткнулись на кое-что любопытное.

Впереди, в утренней дымке, виднелось поселение.

Маленькое, пыльное, оно выглядело так, будто его вырвали из старого вестерна и небрежно бросили посреди этой выжженной солнцем травы.

Несколько одноэтажных, сколоченных из чего попало, домишек. Широкая, пыльная главная улица. И одинокое здание, на котором криво висела вывеска «САЛУН „ПОСЛЕДНИЙ ПРИЮТ“». Не хватало только перекати-поля и парня в пончо, который задумчиво сплёвывает на землю. Хотя парень в пончо у нас есть. Это я.

— Боги, как здесь вообще можно жить? — выдохнула Лекса, подходя ко мне и становясь рядом. — Вокруг же кишит всякая дрянь. Монстры, бандиты, торговые агенты…

— Дешёвая аренда, — пожал я плечами. — И никаких назойливых соседей, которые сверлят стену в семь утра в воскресенье. Сплошные плюсы.

Она фыркнула, но я видел, что она тоже чувствует это. Напряжение.

Это место неправильное. Слишком тихое. Слишком… мёртвое.

— Зачем мы вообще сюда подошли? — тихо спросила Лия.