Книга Путь Стратега 8. РеалРТС, страница 46 – Луций Корнелий

Впрочем, скрывать нам особенно нечего. Ксерион и так ждал нас. Осведомители Аланиуса Церта и торговые партнеры Фальвуса сообщили, что Царь царей уже анонсировал народу вражеское, то есть наше наступление, толкнув пламенную речь во время праздника, посвященного разливу рек. Не только мы умели пиариться среди широких масс.

Ксерион обещал, что имперцы поплатятся за безумную спесь, а наш разгром станет ключом к окончательной победе Шадда и освобождению всех исконных земель. Также обладатель божественного фарна клялся, что потом соберёт десять тысяч лучших всадников, которые с ним во главе набегом пройдутся по богатейшии землям Рега. Было ещё много угроз, проклятий, красочных эпитетов и прочих приемов восточной риторики. Враг ждал нас во всеоружии. Ксерион прекрасно осознавал важность и масштаб предстоящей битвы.

Как верно заметил Поций:

«Либо мы добудем одну из величайших побед Рега, либо обосремся так, что вонять будет несколько веков».

Согласен абсолютно.

А пока невеселые мысли водили хороводы в моем тревожном мозге, по степям тянулись бесконечные обозы. Припасы, полевые укрепления, медицина, снаряжение, ткани и походные кузни. Ресурсы, которых бы хватило на основание нескольких крупных городов.

— Плохая степь, — со знанием дела произнёс один из сэйфских союзников Октана Мерцина во время очередного военного совета. — У нас больше рек. Есть байрачные леса. Хорошие места и для войны, и для жизни.

У меня слегка защемило сердце от этих слов. В подобном стиле любил говорить Ангре, который навсегда остался в этих неприветливых сухих степях. Причем погиб он не от шаддинской стрелы или копья, а был убит из-за интриг Иворна Сандиса.

Этого я не забуду. Никогда. Однако сейчас надо было сосредоточиться на внешнем враге и нашем походе. Время расплаты наступит позднее.

— Я никогда не думала, что марш таких масштабных армий возможен, — призналась Орина, когда мы вечером наблюдали на горизонте тонкую линию реки Ис, а отряды располагались на ночлег. — Армия даже больше чем собрал отец и так много разного снаряжения.

— Снабжение уже еле справляется, — ответил я. — А мы ещё даже не собрали войско в кулак.

Это предстояло сделать в каструме Клепсида. Переправа через Ис длилась долго. Мы вместе с Ориной, Ноцием и несколькими когортами моих легионов ушли вперед, чтобы оценить лагерь, возведенный ещё Антавием Карром.

Когда Шаддинское восстание достигло пика, то город Перинон стал последним бастионом Империи, остановившим продвижение Ксериона. Потом уже подоспели опытные стратеги. Сначала Сандис, Фальвус и Церт. Потом с Севера подтянули Карра. Шаддинцы несколько раз пытались развить успех, но свежие силы под руководством талантливых стратегов сумели удержать фронт, несмотря на внутренние разногласия. Впрочем, вырвать у врага победу им тоже не удалось.

Попытка Сандиса и Церта окружить войска Ксериона под Периноном окончилась неудачно. Измотанным долгой осадой шаддинцам удалось в одной из битв на границе пустыни Сахут разбить два легиона, еще трем нанести серьезные потери, а затем, разделив войска, уйти в Бер-Шадд и Сейд.

С одной стороны, приятно знать, что Иворна так облажался. С другой, понимаю ситуацию, в которой он оказался. Им с Цертом досталось многочисленное, однако совершенно зеленое войско. Пожалуй, даже хуже чем просто неопытное. Легионы, годами прикованные к городам. Праздные войска, потерявшие хватку и дисциплину. Годы мира размягчили этих людей.