Книга Путь Стратега 3. Тени Шадда, страница 198 – Луций Корнелий

— Сколько презрения. — ответила она, взяв эмоции под контроль.

Похоже Альденг ее чему-то научила, кроме того, как выписывать алфавит языком.

— Говоришь, что такие как я всегда оправдают родичей? — продолжила она. — Да. А такие как ты всегда оправдают себя самих. Идя по трупам и проливая реки крови, пытаетесь умыть руки. Это они сами виноваты. Это не я начал.

— Так это правда не я начал! — сквозь почти истерический смех прервал ее, иначе бы точно расхохотался. — Отец с братом и дядюшкой тебя в свои планы не посвящали, да? Всякие эти веселые инициативы типа "устрой нашествие дикарей" и "подставь имперского стратега"?

— Они сражались за свой край. При отце объединенный Север бы расцвел.

— А цветет все лучше на удобрении из чужих трупов, дерьма и дохлых богов? Но переборщил папа-садовод с удобрением. Вот и сгнила ваша грядка. Долгоносик пожрал хмель. Ладно… — вздохнул я. — Слушай меня и слушай внимательно. Хватит лезть в мои дела. Это опасно. Здесь идет большая игра со ставками выше, чем весь Север вместе взятый. Месть? Забудь. Как-то ведь ты смогла простить Альденг? У меня, конечно, нет волшебного наркотика под рукой, но я и в любовники не набиваюсь. Просто держись подальше от меня и моих проблем. Ясно?

Цвет лица Орины через фантома не был виден, но я ощутил отголосок ее смущения.

— Вы очень… Слишком осведомлены. — отрешенно произнесла она, но затем снова взяла себя в руки. — Я не собираюсь мстить. Альденг долго уговаривала меня бросить эту затею. И я согласна. Зачем же тогда следила? Чтобы убедиться. И я убедилась. Нет смысла мстить мертвецу. Ты умираешь, стратег Михаир. Эта штука… — Орина указала на мою левую руку. — Сожрет твою душу. Альденг мне так сказала. Теперь я и сама уверена. Если честно… Мне даже немного жаль. Не твоей души. Душ тех, кто погиб на Севере. Выходит та ужасная война была абсолютно напрасной? Моя семья погибла, Кринтары пали и ты, победитель, тоже исчезнешь без следа.

Браво. Тут ее слова меня задели за живое. За живое и постепенно отмирающее, как и все человеческое во мне.

— Может быть, ты права. Может быть, твоя рыбоглазая колдунья-любовница тоже права. И меня скоро поглотит нечто чуждое человеческому разуму. Но в одном вы точно ошибаетесь! — моя рука выпустила ее запястье и схватилась за горло. — Я не умру так просто. Ясно!? Не исчезну без следа. То, чем я стану… Молись всем богам в которых ещё веришь, девочка, чтобы то, чем я стану, не пришло однажды за тобой. А теперь убирайся с глаз моих!

Я отпустил ее, но Орина не исчезла. Она посмотрела на меня без всякого страха и сказала.

— Каким чудовищем ты бы не стал — придут венаторы, герои или сам Азард в конце концов, чтобы оборвать существование опасного зверя. Время монстров прошло, стратег Михаир. Вам ли не знать.

— Что?! Если будет надо, я начну эпоху Богов и чудовищ заново! Слышишь!? И тебя с твоей…

Но Орина уже исчезла.

Чертова пигалица! Повзрослела, набралась ума и пришла доставать старого, больного человека. Нервы мне тут трепать…

У меня и без нее настроение поганое. Так и хочется кого-нибудь сжечь или взорвать. Глянул на себя со стороны без шлема. Лицо осунулось, под глазами тени, а в них самих горит нездоровый огонек. Буквально. Мои глаза чуть мерцали в полумраке, напоминая о кислотно-грязном пламени костерка в сыром темном лесу из моего сна. Я закашлялся, прикрывая рот рукой. На ладони остались следы крови.