Книга Путь Стратега 3. Тени Шадда, страница 196 – Луций Корнелий

С Екилом и подоспевшим ему на помощь легионером сцепились трое наемников и один высший очиститель. Это была скоротечная схватка. Со стены и башен уже спускались остальные наши бойцы. Однако буквально двух с половиной секунд хватило. Мастер-венатор обманным движением заставил наемника-имперца раскрыться, а затем подрезал бедро. Удар был не рубящим, но рана вышла настолько глубокой и ужасной, что человек тут же истек кровью. Высший очиститель лишился кисти вооруженной руки.

Враг обратился в бегство. Они отступали обратно к транспортному скорпиону, а Екил погнался за ними. Успел сделать шагов пять, но вдруг остановился. Что произошло я понял лишь когда тень начала покидать его тело. Повернул камеру, увидев что под самым глазом у цестинского венатора торчит оперение стрелы хваран. Вот же… Не помогли ему ни мастерство, ни броня. Судьбу цестинца решила меткость наемного лучника.

Тело чуть пошатнулось, но еще продолжало стоять, а дальше начались странности. Я видел уже множество теней мёртвых и запомнил как они ведут себя. Фантомы остаются у своих тел, будто прикованные к ним. Они пытаются тянуться к живым, говорить с ними, касаться, но их всё равно тянет обратно в мёртвую оболочку. Тень Екила же сразу покинула тело легко и непринужденно. Из еще стоящего трупа вышел почти будто материальный фантом, контуры которого не были размыты. Он обернулся и посмотрел на меня. Клянусь, возникло чёткое ощущение, что он видит меня. Не моё закованное в доспехи тело, но саму сущность стратега, обращённую к нему. Обычно мёртвые говорят, шепчут свои сокровенные мечты, страхи или проклятия, но цестинец молчал. Он лишь кивнул мне, а затем исчез. Его тень пропала, как пропадает утренний туман в лучах жаркого летнего солнца. Может его призвало к себе божество, которое он когда-то увидел во время пропавшей экспедиции? Древний могущественный монстр, сломавшего его психику. Хотя... Я уже видел как умирают поклонники Бессмертного Солнца и имперских богов. Их тени остаются сами по себе, стенают и тоскуют в одиночестве. А Екила тут же призвали куда-то. Так, может быть, он был прав, выбирая своего Бога?

Наконец ноги венатора подкосились и тело рухнуло среди обугленных руин хибар. Прах к праху, пепел к пеплу.

"Заберите его". — приказал я, поднимаясь на ноги с помощью Касс.

Вскоре мы уже снова были на стене и таки добрались до порта. Я начал стягивать туда остальные войска. Свой штаб расположил в одной из башен порта.

После предыдущего использования Метки я почти потерял над собой контроль. Теперь же меня снова накрыло, но приход был другим. Не яркая вспышка агрессивного безумия с желанием всех немедленно взорвать, а медленно погружение в странную лихорадку. Возникало ощущение, что Метка Порчи расползается по моему телу. Тонкие нити словно корни пронизывают сначала левую руку, а затем тянутся дальше, к сердцу. Однако я сохранял вроде как почти ясный рассудок, продолжая управлять войсками. Из странностей — мне невероятно захотелось остаться наедине с собой. Я заперся на верхнем этаже башни. Прямо под самой крышей.

Вечерело.

Облака, которые я заказывал у жреца Берила не смогли накрыть город. Холодный северный ветер разметал их по небу и отнёс жалкие клочки куда-то далеко. Яркий тяжелый диск во всей откровенной наготе полнолуния висел над Сейд-Нирамом. Желтоватый свет забирался туда, где не властвовали багровые блики пожаров.