Книга Этномир. Тур для чайников и проклятых мечей, страница 62 – Ева Бими

— Конечно же нет! — тут же запротестовала я. — Никто не готов, особенно когда на тебе весит полуобморочный бессмертный.

Елисей украдкой оглянулся на пропасть и побледнел, но крепче сжал Демида. Давно потеряв логику происходящего и всяческое желание спорить с причудливыми методами путешествия, мне не оставалось ничего иного, как кивнуть. Нехотя согласилась на прыжок в бездну, ощущая, прилив адреналина, а мозг, выбросив белый флаг, перешёл в режим отчаянной надежды на быструю и безболезненную кончину.

Коллектор отталкивал, пугал, но вместе с тем притягивал своей первобытной мощью, своим отвратительным великолепием. В этом месте, казалось, можно было почувствовать саму пульсацию разложения, вечное отрицание созидания.

Не давая нам опомниться, Ал подошёл к самому краю, полы его длинной мантии взметнулись в воздух, будто бы бездна ласковыми порывами ветра пыталась утянуть его на дно. Он положил монетку на карту и зашептал над ней неразборчивые слова. Затем выбросил ведьмовской артефакт в непроглядную бездну, и тут же из темноты вырвался столб оранжевого света, формируясь в узкую, мерцающую колонну энергии.

— Держитесь друг за друга, — посоветовал Ал и отступил от края.

Елисей, прижимая к себе Демида, колебался лишь секунду.

Мы крепко обхватили друг друга и шагнули в слепящий свет. Ощущение было похоже на падение в ледяную воду, с последующим выворачиванием наизнанку. Мгновение — и всё стихло.

Когда я смогла открыть глаза, то обнаружила, что мы стояли на твёрдой, каменистой земле, устланной тонким снежным покровом. Воздух был чистым, морозным и обжигающе острым — настоящий шок после спёртой вони Коллектора. Но то, что открылось нашему взору, заставило нас замереть.

Впереди вздымалась колоссальная горная гряда, тёмная и неприступная. И прямо в её центре, не построенный, а высеченный из самой скалы, возвышался замок. Громадный, готический и совершенно чуждый любой эстетике Прогресса.

— Это что ещё такое? — я осмотрелась по сторонам, и колкий порыв ледяного ветра заставил меня невольно съёжиться.

Куда бы мой взор не падал — везде простиралась сплошная белоснежная пустошь, уходящая далеко за горизонт.

— Добро пожаловать к границе Хаоса, — хрипло произнёс Демид и впервые после долгого пути он смог самостоятельно выпрямиться, жадно вдыхая полной грудью ледяной воздух свободы.

Елисей, по-прежнему поддерживая товарища, оглядывался с явным сомнением.

— И что теперь? Мы просто… войдём туда?

— Либо войдём, либо замёрзнем здесь до смерти, — буркнула я, подтолкнув царевича плечом и решительно шагнув в сторону зловещей громады — единственной местной достопримечательности. — Кстати, а что нас там ждёт? — стоило бы спросить «кто», наверное. Замок выглядел натуральной обителью лютейшего зла, а из всей нашей боевой мощи — один меч и Елисей со своей несгибаемой верой в лучшее.

— Там вы найдёте того, кто даровал ему бессмертие, — откликнулся меч и тут же стих.

— И это всё? Никаких вводных? Никаких ценных указаний? А если нас там поджидает нечто чудовищное? Неплохо бы знать об этом заранее, — пробормотала я, дрожа всем телом, но упрямо пробиваясь сквозь снежную пелену навстречу судьбе.

Ледяной ветер хлестал по лицу, обжигая щёки. Замок, по мере приближения, становился всё более зловещим. Каменные стены, пропитанные вековой тьмой, вздымались к небу, а зубчатые башни, казалось, вот-вот обрушатся на наши головы. Тишина, давящая и звенящая, лишь усиливала ощущение неминуемой опасности, царящей в этом безжизненном крае.