Онлайн книга «Случайные. Я тебя найду, глупая»
|
то, что она, носит моего ребёнка. Не твоего. Моего. И если я ещё раз услышу из твоей поганой пасти хоть слово в её адрес, я сделаю так, что ты будешь трюфели через клизму жопой всасывать. Понял, красавчик? Андрей понял. И даже зачем-то кивнул, и ровно два раза моргнул, как было велено, хотя сейчас его уже никто не просил об этом. Цербер выпрямился, окинул взглядом разгромленный столик, посетителей, которые старательно смотрели в свои тарелки и делали вид, что ничего не видят и не слышат, и вышел на улицу. Ни Алины, ни её машины, само собой, конечно, уже не было. — Ну кто бы сомневался, — хмыкнул и двинул к своей машине. Уже сидя внутри, Николай открыл на телефоне программу-следилку, нашел маячок, который он собственноручно крепил к машине Алины, убедился, что она едет в сторону дома и наконец выдохнул. И только тут, в тишине салона машины, Цербер вдруг с ужасающей ясностью осознал: а ведь он реально подумал, что Алина и этот зализанный павлин снова вместе. На секунду всего, но ведь подумал! Обругал себя уже вслух: — Идиот. Параноик ревнивый. Она беременна, чёрт возьми! Вырисовывался очень гаденький расклад: если это его ребёнок, то он только что выставил себя окончательным мудаком. А если не его — всё равно мудаком, потому что устроил сцену при посторонних. На следующий день была суббота и поэтому Цербер набрал Алину ровно в десять утра. Не раньше — надо было дать ей выспаться. И не позже — чтобы не передумал уже сам. Алина взяла трубку после пятого гудка, и голос у неё был такой, будто он всё равно её разбудил. — Чего тебе? — спросила без приветствия. — Привет, — сказал Цербер, стараясь, чтобы голос его звучал максимально дружелюбно и человеколюбиво. — Как ты? — Нормально. Только у меня сейчас встреча с моей совестью, но ты её перебил. — Я по делу, — он замялся, что с ним редко бывало. — Алин, я был вчера козлом. Это мягко сказано. Я мог бы сейчас накидать тебе сто причин, почему меня так накрыло, про то, что у меня голова после командировки не варит, и про то, что я ревную как последний дебил. Но правда в том, что я просто испугался. Услышал про беременность, увидел этого хмыря, держащего тебя за руку и меня перемкнуло. — Поздравляю. Ты перемкнутый козёл, — сухо ответила Алина, но он уловил в её голосе нотку усталости, а не злости. — Да. Идиотский у меня диагноз. Но я прошу… — он сделал паузу, подбирая слова, но потом плюнул. — Даю тебе слово. Я уберусь в собственной башке. Разгребу всё то дерьмо, что там накопилось. Дай мне один шанс. Один. Последний. Давай встретимся и поговорим нормально, как взрослые люди. Без скандалов и без Андреев. Я даже трюфели принесу — извинительные. Ну, или чего бы ты хотела, то и принесу. Алина молчала. Пять секунд… Десять… Цербер сжал в кулаке кружку с кофе и забыл, как дышать. — Ладно, — выдохнула она наконец. — Но если ты снова начнёшь… — Не начну, — перебил он быстро. — Клянусь. Скажи только когда и где? Она тихонько фыркнула — кажется, невольно, но… довольно?! — Сегодня. В семь. В кондитерской “Дочь пекаря”, та, что на Балтийской, знаешь? — Знаю! — выпалил, не задумываясь, хоть и не знал, о чем речь. Это всё херня. Найдет. — Только без фокусов, Цербер, — договорила устало. — Без фокусов. Он отключился и наконец выдохнул. Только после этого посмотрел на собственную |