Книга Мой некромант – идиот, страница 44 – Любовь Алисова

— Лишь потому, что в Академии объявился свидетель…

У Эдрика перехватило дыхание, а сердце заколотилось в груди. Лира осторожно придвинулась ближе к монолитной плите, а Каэль хмуро подался вперёд. Из-под земли снова донёсся приглушённый разговор:

— Он всё равно абсолютно ничего не помнит.

— И не должен вспомнить. Ни при каких обстоятельствах.

Наступила короткая, невыносимая пауза, после чего Вайс тихо спросил:

— А если он всё-таки вспомнит?..

Ответ из темноты прозвучал почти сразу — ровно и пугающе спокойно:

— Тогда абсолютно всё, что мы так тщательно скрывали долгие четыреста лет… станет известно общественности.

Воцарилась гулкая тишина. Эдрик медленно обернулся к Каэлю. Генерал стоял абсолютно неподвижно, и на его обычно ироничном лице впервые не было ни малейшей тени привычной улыбки.

— Ты… ты слышал это? — с трудом выдавил из себя парень.

Каэль коротко и строго кивнул:

— Да.

— Они ведь только что говорили о тебе?

— Очень похоже на то.

Лира едва слышно прошептала, нахмурившись:

— Значит… вашу память стёрли четыре века назад вовсе не случайно.

Каэль долго молчал, вглядываясь в потемневший камень, а потом негромко произнёс:

— Я начинаю очень сильно подозревать, Морвейн, что умер в своё время вовсе не так красиво, как это расписано в ваших академических учебниках.

Внизу снова раздались приближающиеся шаги.

— Быстро уходим! — скомандовала Лира.

Они едва успели сдать назад и спрятаться в тени за массивным постаментом обезглавленной статуи. Через пару секунд каменная плита у корней дуба со скрипом приподнялась. На поверхность неторопливо поднялся профессор Вайс. Он был абсолютно один.

Эдрик осторожно выглянул из-за камня:

— А где же второй?..

Каэль смотрел на открытый проход невероятно внимательно:

— Второго собеседника… — Генерал медленно качнул головой. — … там физически не было.

Эдрик нахмурился:

— В каком это смысле не было⁈

— Я отчётливо слышал два разных голоса.

— Мы все их слышали!

— Нет, — Каэль, не мигая, следил за Вайсом. — Второй голос принадлежит вовсе не живому человеку.

Лира мгновенно застыла:

— Ещё один дух?

— Возможно… — Генерал медленно перевёл тяжелый взгляд в сторону возвышающейся западной башни. — Или же… кто-то, кто вот уже четыреста лет подряд просто не способен окончательно умереть.

Профессор Вайс тем временем замер возле дуба и медленно, неторопливо оглядел пустующий сад. На какую-то долю секунды его внимательный взгляд задержался прямо на статуе, за которой затаились Эдрик и Лира. Парень мгновенно перестал дышать. Профессор ещё пару секунд всматривался в вечернюю темноту, а затем едва заметно улыбнулся и тихо прошептал сам себе:

— Чрезвычайно любопытно…

После чего развернулся и спокойно пошёл прочь по заросшей аллее. Лишь когда звук его шагов окончательно растворился в тишине, Эдрик шумно и тяжело выдохнул:

— Как думаете… он нас заметил?

— Не уверена, — честно ответила Лира.

Каэль же продолжал пристально смотреть вслед удаляющейся фигуре историка:

— А вот я абсолютно уверен в другом, друзья.

— В чём именно?

— Вайс знает обо всём происходящем в сотни раз больше, чем пытается показывать. И если он действительно способны наравне со мной разговаривать с духами… — Генерал невесело и иронично усмехнулся. — Значит, я далеко не единственный мертвец в этих стенах, который за четыре века так и не смог обрести долгожданный покой.