Книга Ловя отражение Луны, страница 177 – Гвендолин Доу

— Это какая-то ошибка? – прошипел он, сжимая кулаки.

— Нет никакой ошибки, – ответил ему Е Сюлань, встав на краю платформы для зрителей. – Твоим противником будет Мо Ян из Сюэбай Мэйшань. Покажи все, на что способен.

Адепт Цзюнь зажмурился и стиснул челюсти так крепко, что на миловидном лице проступили желваки. Его противник, напротив, выглядел предельно спокойно: неспешно поправлял одежду и затягивал повязки на запястьях.

— У тебя ведь повреждены руки, как ты будешь сражаться? Сдайся, неудачник, и не позорься! – воскликнул Цзюнь Лу.

— Вовсе они не повреждены, это повязки для удобства. Беспокоишься, Лу-Лу? Я постараюсь обращаться с тобой мягче, но не знаю, твой язык и голова доставляют столько неприятностей…

Мо Ян тихо рассмеялся. Он почти чувствовал затылком, как Гу Минь поодаль приложил руку к лицу. Печати на запястьях зажили, потоки ци были умеренными, а глаза почти не беспокоили юношу.

Он коротко поднял взгляд к небу. Солнце скрылось за облаками, не резало глаз светом. Над Трехглавой пролетали птицы. Сегодня не было видно четвероногих обитателей долины, словно бы вся природа горы замерла в ожидании исхода испытаний.

Конечно, Мо Ян мог переоценить себя и проиграть, но что плохого в том, если он как следует отлупит этого высокомерного юнца перед проигрышем? Как же он скучал по хорошей драке! Горячая кровь, выпущенные на волю звериные повадки и жажда разрывать, бить, колотить.

Он даже смотреть стал иначе – исподлобья, как настоящий волк. Цзюнь Лу перемены в сопернике не заметил и пренебрежительно обронил:

— Выбирай, чем будешь биться. – Он прошел к стойке с оружием и положил руку на рукоять цзяня. – В прошлый поединок ты сражался им, верно? Значит, ты падешь от моего меча.

Мо Ян не сдвинулся с места.

— У меня есть для тебя другое оружие, братец Цзюнь.

— И какое же?

— Для тебя у меня Юшоу, – адепт Мо выставил правую руку, – и Цзоушоу.

Цзюнь Лу не сразу понял, что Мо Ян имеет в виду, а как только до него дошло, то благородный юноша покраснел от возмущения.

— Ты желаешь сражаться со мной голыми руками? Какой позор, и ты себя даосом зовешь? Отвратительная, ужасная шутка, еще и дважды произнесенная!

— А что, Лу-Лу боится запачкать рукава? – ехидно поинтересовался Мо Ян. – Тогда он может отказаться от поединка и проиграть. Ты дал мне выбрать, забыл?

Адепт Цзюнь выругался под нос и, встряхнув хвостом волос, подобно строптивому юному жеребцу, отошел от стойки с оружием и встал перед юным Мо.

Все смотрят, вот поэтому так тихо и никто не вмешался, – понял Мо Ян. Он в очередной раз ощущал взгляды на своей спине – окажется ли неудачник таковым вдвойне или выйдет победителем? Против кого угодно у него бы были шансы на успех, но не против лучшего ученика Мулань.

— Начинаем поединок? – спросила Чжоу Линь. Пусть ее лицо и выглядело невозмутимым, в голосе послышалась тень улыбки.

— Начинаем, – сказал Мо Ян, а затем не сдержался и оглянулся – на ту часть под навесом, где был Гу Минь.

В этот момент он, глупый Мо Ян, который к тридцати годам потерял больше, чем приобрел, который не смог стать ни хорошим сыном, ни хорошим заклинателем, да даже другом никому не смог стать, – он почувствовал себя главным героем юаньской пьесы.

Который вот-вот совершит свой подвиг.

Гу Минь звонко шлепнул себя по лбу и показал на что-то впереди Мо Яна. Тот не понял, отчего шиди так разнервничался, пока не согнулся почти пополам от удара под дых.