Книга Последняя надежда Этэры, страница 156 – Алекс К. Уиллис

Их собственное напряжение, копившееся неделями, начало медленно, почти болезненно, рассасываться. Алиса выдохнула воздух, о существовании которого, казалось, забыла. По ее грязному, испачканному кровью лицу медленно потекли слезы. Не от горя. От счастья.

Марк откинул голову на холодный металл коллектора и закрыл глаза. Его могучее тело, до этого бывшее одним сплошным узлом боли и воли, обмякло. Глубокий, долгий выдох вышел из его груди, унося с собой часть невыносимой тяжести.

— Черт… побери… – просипел он, и в этих словах было больше благодарности, чем в любой молитве. – Ты это сделал, парень. Ты, черт побери, это сделал.

Они смотрели друг на друга – окровавленные, изможденные, на грани смерти – и смеялись. Тихим, срывающимся, истеричным смехом, в котором была вся боль, весь страх и теперь – безумная, немыслимая радость.

Казалось, сама вселенная выдохнула. Кошмар закончился. Они остановили неотвратимое. Они доказали, что даже перед лицом абсолютного отчаяния есть место состраданию и что самый мощный аргумент – это не сила, а понимание.

В этот миг триумфа и всеобщего облегчения, когда разум Романа, истощенный до предела, наконец, начал отпускать напряжение, он уловил это. Едва заметный, тщательно скрытый обломок мысли, проскользнувший через трещину в броне Арбитра. Не усталость. Не согласие.

А нечто иное. Холодный, безжалостный, обманчивый импульс, полный ядовитой уверенности.

«Капитуляция – тактическая пауза. Следующая цель – Земля. Ближе. Слабее. Беззащитна.»

Улыбка замерла на лице Романа. Его глаза, полные надежды, расширились от внезапно нахлынувшего, леденящего душу ужаса. Он понял. Он все понял.

— Он лжет… – выдохнул он, и его шепот прозвучал громче любого крика. – Цель… Земля!

Слово Романа – «Земля» – врезалось в мозг, отравляя его и выжигая остатки надежды и облегчения. Оно прозвучало тише затихающего гула «Жнеца», но было страшнее любого взрыва.

На лицах Алисы и Марка застыли улыбки. Сначала – непонимание. Потом – медленное, ужасающее осознание. Они смотрели на Романа, на его глаза, полные леденящего ужаса, и все кусочки пазла складывались в чудовищную картину.

— Что? – прошептала Алиса, ее голос дрогнул.

— Он обманул нас, – голос Романа был плоским, лишенным эмоций, как у человека, получившего смертельный приговор. – Капитуляция… это пауза. Чтобы перенацелиться. Они используют Этеру как промежуточную станцию. А «Жнец»… потом направится на Землю. Она ближе. У нее нет защиты. Ничего.

Он посмотрел на них, и в его взгляде была вся горечь предательства, умноженная на тяжесть нового, еще более страшного выбора.

— Мы не можем это допустить.

Тишина, воцарившаяся в зале, была тяжелее прежнего гула. Они достигли предела. Они выиграли битву за Этеру, заплатив за это кровью и рассудком. И теперь, в самый момент триумфа, судьба подкидывала им новую, еще более невыносимую дилемму.

Марк медленно поднялся на ноги. Он был бледен как смерть, его рана зияла алым ртом на рукаве, но в его глазах горел знакомый, стальной огонь. Он посмотрел на центральный реактор «Жнеца», который снова начинал набирать мощность, но теперь его энергия перенаправлялась, для открытия портала для эвакуации.

— Значит, его нужно уничтожить, – произнес Марк. Его голос был хриплым, но не допускающим возражений. – Прямо сейчас.