Книга Равновесие Парето, страница 70 – Денис Бурмистров

Карчевский с чавканьем жевал бутерброд и шумно отхлебывал кофе из кружки, при этом с интересом уставившись на меня. Он вообще казался очень громким этим утром, раздражая и без того разболевшуюся голову. Мне кажется, он делал все это специально.

— Хреново выглядишь, — наконец сказал геолог, дожевывая бутерброд. — Бухал?

— Не выспался, — ежась в наброшенный на плечи плед, ответил я. Состояние у меня было сомнамбулическим, я не до конца проснулся. Чувствовал я себя сейчас подтаявшим холодцом, разваливающимся и оплывающим. Голова превратилась в колокол, в глаза словно насыпали песка. Подташнивало и знобило. Даже горячий кофе не помогал.

— Ну да, ну да, — деланно согласился бородач и потянулся за булкой. — А изо рта морем пахнет.

Он в несколько приемов сделал себе новый бутерброд. Я медитативно наблюдал за его действиями.

— Ты молодец, — похвалил меня геолог. — В городе ни души, так нет же, все равно с кем-то умудрился нажраться. Молодец, завидую.

Он со вкусом впился во второй бутерброд.

— Ты меня как нашел? — спросил я его. Видимо, вышло совсем тихо, потому что Олег переспросил, переставая жевать:

— Что?

— Как ты узнал, где я живу? — переспросил я громче. От звука собственного голоса заломило в висках.

— Я к Савохину заходил, — пожал плечами геолог. — Семеныч еще в пятницу к нему послал.

— Это зачем? — удивление вышло вялым, я лишь поднял глаза на здорового бородача. Он, в своем безразмерном анораке, занимал почти все пространство маленькой кухни. Промелькнула мысль о том, что лишь бы табуретка выдержала. А то он, падая, свернет и стол, и холодильник с раковиной.

— Ну как же, — Карчевский допил кофе, отставил кружку в сторону. — Ты же с аэродрома в очень расстроенных чувствах ушел. Вон, до сих пор нос с сизым отливом. Семеныч, будучи мужиком переживающим за всяких мало знакомых людей, попросил меня узнать адрес. Да потом еще всю субботу посылал меня проверить твое душевное состояние.

— А ты не пошел?

— Не по пути было, — пожал плечами геолог, оглаживая усы и бороду от крошек.

Я поднялся, собираясь уйти в комнату. Подтянул свалившийся с плеча плед.

— Ты куда? — спросил Олег.

— Одеваться, — пробубнил я, шлепая босыми ногами по полу. — Тут до милиции далеко?

— Далеко, — хохотнул геолог. — Километров сто. Уехали все. Тебе зачем?

— Да так. Решить вопрос…

— Тут вопросы решаются и без милиции, — многозначительно сказал Олег. — Чего у тебя случилось то? Украли чего?

— Да нет, — я ткнул пальцем вверх. — Соседи. Шумят, в квартиру вламываются.

— Так давай сходим морду набьем, — обрадовался геолог. — В чем проблема-то?

— Не, не надо, — отмахнулся я.

— Да чего ты! Пошли!

— Нет, — отрезал я. — Не хочу проблем.

— Да какие… — начал было геолог, но только рукой махнул. — Смотри сам.

Он поднялся, шумно отодвинув табуретку. Большой тучей прошелся по комнате, что-то бормоча себе под нос. Я проводил его взглядом, кутаясь в плед возле дивана.

— Ну, проведал. Вижу, не совсем здоров, но положительно живой, — геолог не стал поворачиваться в маленькой прихожей, бросил через плечо. — Закрой за мной. Пойду я.

И тут, повинуясь внутреннему импульсу, я вдруг практически выкрикнул:

— А можно и мне с тобой?

Геолог все же развернулся, сметая в кучу одежду. Уставился на меня, словно увидел впервые.