Книга Равновесие Парето, страница 65 – Денис Бурмистров

— Выходи! Хуже будет! — вновь заорал я, напрягая связки. Блин, как же не хочется заходить в эту пустую комнату! Как же не хочется заходить ТУДА!

Внезапно я понял, что кричал в тишине — музыка прекратилась. Лишь звенело в ушах, да на кухне тихонько лилась вода из незакрытого крана.

И даже я затаил дыхание, вслушиваясь. Наконец, не выдержал:

— Кто там?

Наверху что-то с треском порвалось, над головой часто-часто протопали шаги, направляясь в сторону прихожей. Тут же в подъезде сверху загрохотало, словно кто-то дубасил кулаками в запертую дверь. Стихло. Пробежали назад. Еще раз в прихожую. Опять назад. Чем-то тренькнули по батареям. Соседи!

— Ах вы уроды! — взревел я. — Алкаши несчастные!

Я подскочил к батарее и со всей дури принялся стучать ручкой ножа по трубе. Гул стоял колокольный.

— Нравится? А? Нравится?

Я рванул к входной двери, слыша беготню над головой, распахнул дверь и заорал в темный подъезд:

— Дайте поспать, суки! Завтра ментов вызову на вас, придурки!

Захлопнул дверь, пошел на кухню и выключил воду. Бросил нож на стол, вернулся в комнату и завалился на жалобно скрипнувшую кровать. Накрыл голову подушкой и постарался успокоиться.

Когда перевернулся на бок, устраиваясь поудобнее, то вокруг опять царила эта странная Славинская тишина, без привычного для меня фонового шума живущего ночной жизнью города. Словно в уши натолкали ваты.

Незаметно для себя я уснул.

Мне было холодно. Холодно и жестко. Колени больно упирались в какой-то неподатливый край, в нос лез запах пыли.

Я пошарил рукой в поисках одеяла и удивился ширине кровати. Почему так жестко? И где подушка?

Я засопел, перевернулся на спину, потер глаза, прежде чем открыть их. Соображая уже быстрее, чем в первый раз. Понял, что все еще длится эта безумная ночь, пьяная и дурная. Но голова все еще болит. И на лицо какая-то гадость налипла.

Я провел ладонью по лбу, щекам, ощущая под ладонью мелкие камушки песка и сухую грязь. Это еще что?

Я открыл глаза и завертел головой, всматриваясь в темноту.

Я лежал на полу, головой на пороге спальни. В одних трусах.

Что это?

Я вдруг почувствовал, что в квартире не один. Кто-то смотрел на меня сквозь узкую щель, оставленную неприкрытой двери в прихожую. Смотрел, оставаясь невидимым в непроглядной тьме.

От пальцев ног до самой макушки пробежал озноб, перехватывая дыхание. Страх мерзким пауком забирался мне на грудь, сердце забилось загнанной в угол добычей. Страх придавил меня к полу, выпивая силы и решимость.

Я скосил глаза вниз, не смея даже поднять голову. До боли всмотрелся в темноту квартиры, устремившись мысленно туда, к той щели между дверью и косяком. Кто-то там есть?

Я не смог разглядеть ничего. Запирал ли я входную дверь прежде чем лечь спать?

Я просто физически ощущал на себя чужой взгляд, пронзающий и холодный. Бесстрастный. Выжидающий.

Стоит мне пошевелиться и это кинется на меня. Я ясно это осознал, так реальна эта угроза. Наверное, так же мыслят кролики, пытаясь обмануть хищника своей неподвижностью. Помогает им? Черт, черт, черт!

Я все смотрел и смотрел во тьму, трясясь от холода и страха. Неспособный пошевелиться, скованный каким-то природным ужасом перед неизвестностью. Неизвестностью, столь близкой, что она могла явить себя. Но я этого не хотел! О, как я этого не хотел!