Книга Равновесие Парето, страница 43 – Денис Бурмистров

Естественно, первый из двух ключей не подошел. Кто бы удивился, так всегда и бывает. А вот второй вошел туго, с каким-то хрустом. Но провернулся без усилий.

Щелчки открываемого замка в окружающей тишине прозвучали почти оглушительно. А я, провернув ключ до упора, вдруг остолбенел, пораженный пришедшей мыслью.

А зачем Денис вообще запирал спальню? Зачем нужно запирать одну из комнат в двухкомнатной квартире, если это не коммуналка?

Я нервно сглотнул, отступая от двери. В темноте этот белый прямоугольник вдруг стал выглядеть зловещим паланкином в мир страшных тайн.

А может, он просто превратил вторую комнату в чулан? И лежат там старые вещи, например лыжи или пустые трехлитровые банки? Да ну, бред. Краснов всегда слыл педантом и аккуратистом, не станет он из целой комнаты устраивать свалку рухляди. Он в армии-то свою тумбочку периодически вычищал от ненужного хлама. Под ненужным хламом проходили и прочитанные письма из дома, и старые лезвия от бритвы. Ни старьевщиком, ни излишне сентиментальным Денис не был.

Но я отдавал себе отчет в том, что все происходящее со мной со времени прилета в Славинск носило некую печать странности, поэтому фантазию ничто уже не сдерживало. Тем более в данный момент, когда я стою в абсолютной темноте, в незнакомом городе, со свечой в руке, а передо мною дверь, которую непонятно зачем запер мой покойный друг.

Я нервно поежился и пошел на кухню за ножом.

Что там, за дверь? Может, у Дениса была тайна? Какая-нибудь кровавая? И он что-то прятал в своей спальне?

Понимая, что больше ждать и изводить себя всплывающими из глубин памяти киношными ужасами нет сил, я выставил перед собой короткий кухонный нож и осторожно толкнул дверь ногой.

Дверь легко скрипнула и мягко ушла внутрь, стукнувшись спустя миг о стену. Я замер.

В призрачном свете передо мной предстала пустая комната. Абсолютно пустая коробка, без мебели, ковров или полок для книг. Ничего. Голые стены и пол. Лишь с потолка свисала старомодная люстра со стеклянным абажуром в виде тюльпана.

Я прошелся по старому линолеуму, со смешенным чувством разочарования и облегчения осмотрелся. Потом поставил свечку на пол и достал из кармана телефон. Все же от фонарика, даже от такого слабенького, толку сейчас было больше.

В комнате пахло пылью. Несмотря на это, пол был чистый, видимо перед тем, как закрыть спальню, Денис провел уборку. Узнаю Краснова.

Не желая лишаться хоть какого-то развлечения, я решил сыграть в сыщика и осмотреть комнату более тщательно. Должно быть, не часто даже сыщикам приходилось тщательно осматривать такие пустые помещения. Но душа требовала тайны, и я пошел на поиски скрытых знаков.

Искал я довольно долго, даже свеча успела погаснуть. Я прошелся вдоль каждой стены, подсвечивая фонариком. Провел руками по обоям, чувствую ладонью холод стены под тонкой бумагой. Осмотрел пол на предмет пятен или люков. Отдернул плотную занавеску.

Стекла оказались заклеены газетой. А вот это уже интересно.

Я попробовал ногтем поддеть кончик пожелтевшего листа, но лишь оторвал узкую полоску — клея Денис не пожалел. Как смог, оборвал с разных сторон, но тщетно.

— Мда, — задумчиво проговорил я…

Надо мной что-то грохнуло. Я подпрыгнул на месте, выронив телефон. Сухо ударился пластик о бетон, луч фонарика мазнул по стенам и погас. Я присел от нахлынувшего ужаса, чувствуя, как по телу бежит предательская дрожь. Дыхание перехватило.