Книга Демоны и сталь, страница 59 – Денис Бурмистров

Завывал ветер, проникая в штанины и рукава, будто призрак, что холодными объятиями силился утащить за собой. Шелестели камни под ногами, мерное дыхание служило метрономом. Не так уж и страшно, не так уж и сложно, только левая обмотка что-то ослабла, не развязалась бы.

Карниз начал плавно изгибаться, повторяя форму скалы. Повернув голову, Максимилиан разглядел дальнейший путь – они добрались до зоны тумана, не такого уж и плотного как показалось на первый взгляд. Он даже смог различить в прорехах противоположный край пропасти и темные стволы голых деревьев.

— Эй, куренок. В тенях не дыши, – впервые за весь переход обратился к нему Годвен. – И не смотри.

— В каких тенях? – не понял Максимилиан, чуть отклоняясь назад и заглядывая по ходу движения.

Впереди карниз пересекало несколько длинных теней, образованных скальными навесами и складками. На вид в них не было ничего особенного.

— А как идти, если не смотреть? – задал он очередной вопрос, уже понимая, что ответа не будет.

Первая полоса тени протянулась поперек карниза совсем скоро, как только они прошли поворот. Максимилиан внимательно следил за Годвеном и заметил, как тот прежде, чем идти дальше, сделал глубокий вдох. Скользнул в густую тьму, скрылся на миг и появился вновь. И ничего странного или опасного с ним не случилось. У мальчика даже мелькнула мысль, а не издевается ли мужчина над ним?

И все же, когда наступил его черед, не стал своевольничать, вдохнул полную грудь и закрыл глаза, полностью сосредоточившись на иных чувствах. И не ощутил ничего необычного – камень под пальцами был все также холоден, с тем же звуком куртка терлась о шершавую скальную стену, все также ветер проникал под одежду. Единственное, он не посчитал сколько шагов нужно идти не дыша, поэтому на всякий случай сделал чуть больше. Осторожно разомкнул веки, пытаясь сквозь ширму ресниц подсмотреть обстановку, с облегчением выдохнул, увидев перед собой белую поверхность скалы.

При вдохе ощутил слабый, угасающий запах, от которого участилось сердцебиение и глаза защипало от подступивщих слез.

Это был запах дома, родного и надежного. Запах нагретой летним солнцем подушки на веранде, запах любимого лакомства – меда и орехов, запах деревянных игрушек в коробке.

Запах материнских объятий, в которые хотелось окунуться с головой, жмурясь от удовольствия и любви.

— Червячки, зря, зря, зря, – донеслось бормотание Годвена. – Хер вам, не проймете…

Максимилиан с всхлипом вздохнул, затряс головой. Сжав зубы пошел дальше, стараясь не думать, не слушать трепещущую душу. Все же не выдержал, принюхался вновь.

Запах улетучился полностью, не оставив и следа. Это было только к лучшему.

Они преодолели еще две тени, каждая из которых оставила на одежде ароматы, заставляющие память встрепенуться и вытащить на свет приятные и почти забытые воспоминания. Каждый из этих запахов хотелось вдыхать полной грудью, погружаясь с головой, наслаждаясь и улыбаясь от удовольствия. И очень подмывало открыть глаза, посмотреть, что же там в тенях.

Когда Максимилиан пересекал третью тень, правая нога на полушаге внезапно застопорилась в воздухе, и мальчик споткнулся, заваливаясь на бок. От неожиданности выставил руку, согнулся и налетел головой на стену. Охнул, открывая глаза.