Книга Фурадор, страница 174 – Денис Бурмистров

Женщина перевела дух, продолжила:

— Потом у меня были любимый человек и сын – я как раз стала пеатриксой и надеялась, что жизнь изменится. Но любимый не пожелал ехать в Валон, а ребенка у меня забрали. А сейчас я могу потерять последнее, что у меня осталось.

Она смахнула невидимую пылинку с подола, замолчала.

— Что вас остановило? – спросил Максимилиан, глядя в серые небеса. – Почему вы всё еще живы?

— Не знаю, – честно ответила пеатрикса. – Наверное, трусиха… Может, упрямство. Или вера в то, что я появилась на свет для чего-то важного. Ведь не может всё быть просто так, верно? Как-то один умный человек сказал мне: «Это не на тебя падают беды, это ты преодолеваешь препятствия на своем пути». И я иду дальше. Преодолеваю очередной бурелом – и иду. Просто иду вперед.

Максимилиан закрыл глаза, ощущая, как ветер проникает под одежду и холодит тело. Вспомнил лица матери, отца и брата. Неужели он не сможет воссоединиться с ними никогда? Неужели даже после смерти он будет одинок?

Но неужели они хотели бы, чтобы его история закончилась таким образом? Ведь если смерть неминуема и конечна, то, значит, прожить надо с максимально высокими ставками. Ведь другого случая не будет.

— Почему мир такой? – выдохнул он. – Почему всё не может быть просто хорошо?

— Мир такой, какой он есть, – ответила Мелойра. – Он не знает, когда нам хорошо, когда плохо. Сделать так – это уже наша работа… Спустись, пожалуйста. Я замерзла.

Максимилиан сделал шаг назад, повернулся к женщине. Произнес тихо:

— Я боюсь, что у меня не получится.

— Делай, что должен. Большего не требуется, – декан выпрямилась, посмотрела на него. – Я не могу не попросить тебя о помощи. Но пойму, если ты откажешь.

Экзорцист еще раз посмотрел на небо, на далекий город и на бездну, в которой свистел ветер.

— Я сделаю, что должен, – сказал он. – Всё равно я больше ничего не умею.

— Спасибо, – искренне поблагодарила Мелойра. – Я это не забуду. Идем, все ждут нас в зале.

Они сидели друг напротив друга – Максимилиан и Сэлэ, освещаемые одной лишь свечой, что стояла в подсвечнике поодаль. Сидели так близко, что их одежды и пальцы рук соприкасались, и можно было увидеть собственное отражение в глазах друг друга. В другое время это смутило бы Максимилиана, но сейчас все его мысли были заняты другим.

— Ты всё запомнил? – спросила девушка своим странным раздвоенным голосом и, дождавшись кивка, продолжила. – Не бойся, я буду рядом.

— Спасибо, – искренне поблагодарил Максимилиан, нервно рассмеялся. – Ты так много об этом знаешь, что, наверное, могла бы всё сделать лучше меня.

— Не могла бы, – Сэлэ покачала головой, и в ее разноцветных глазах отразился огонек свечи. – У меня нет души.

Максимилиан подумал, что девушка шутит, но та была серьезна и сосредоточена.

— Как такое возможно? – ошарашено спросил он.

— Расскажу потом. Сейчас время не для разговоров. Готов?

Максимилиан и сам не знал, готов ли он. Ему предстояло сделать такое, о чем он раньше и помыслить не мог – призвать могущественное существо, способное уничтожить дух демона. Такому не учили в Ордене. Для храмовников все потусторонние сущности были паразитами, губителями Света, их следовало изгонять или уничтожать, никто договариваться с ними не собирался. Подобное входило в практику шаманов, и Максимилиан был рад, что в свое время открыл для себя эту страницу. Иначе вряд ли согласился бы на такое кощунство.