Книга Фурадор, страница 147 – Денис Бурмистров

Максимилиан кивнул. Товарищ бесстрашно поднял фонарь, перехватил удобнее рогатину и пошел первым. Следом двинулся экзорцист. Солдаты замыкали шествие, придерживая кинжалы.

Под ногами скрипел песок, в фонаре щелкал горящий фитиль. На границе света сновали крысы, недовольно попискивая и обнажая блестящие зубы.

— Я сейчас от страха ветров поддам, – с нервным смешком сказал Жила. – Тут где-то погреб с бухлом, может, наведаемся? Снимем напряжение малость.

— Он заперт, дружище, – откликнулся Цапля. – Думаешь, ты один такой страждущий?

— Это да! Нас таких много. Да, Руст?

— Отож!

— Тихо! – шикнул на развеселившихся спутников Максимилиан. – Вы мешаете!

Жила с деланным рвением закивал, толкнул Руста в бок. Цапля виновато кивнул.

Большинство дверей было заперто на тяжелые висячие замки, но вход в мертвецкую никто ограничивать не стал. Бедной Фриде предстояло провести здесь три дня – древний обычай, обязательный перед погребением. Остальных одержимых, что ранее осматривал экзорцист, здесь уже не было.

Женщина мраморной фигурой белела во мраке, ее черты заострились. Максимилиан просыпал немного соли на ее лоб и руку, провел иглой. Удостоверившись, что и внутреннее чутье молчит, повел группу дальше.

Свыкнувшись с темнотой, не обращая внимания на вполголоса переругивающихся солдат, на мерцание лампы, создающей ложные фигуры на стенах, Максимилиан начал размышлять о том, что же делать после того как они выйдут из подвала? Какие еще зацепки использовать? Здесь ловить нечего, это понятно, а вот где тогда?

— Эй, – тихо окликнул его Цапля. – То самое место.

Они стояли перед очередной дубовой дверью с замком, и только вблизи было видно, что на некоторых досках свежие сколы.

— Подпол, – пояснил товарищ. – Тут он… Того…

Солдаты уставились на ничем не примечательную для них дверь.

— И тута ничего, – зевая, констатировал Руст. – Спать охота.

— А там открыто, – Жила указал пальцем на соседний проем в стене. – Чего там?

Максимилиан тронул пальцем дверь. Обычное дерево, сухие доски. Но что-то зудело в спине, легонько, настойчиво. Экзорцист прислушался, хоть бормотание солдат и сопящий Цапля мешали. Посмотрел на самоцвет, что холодным камнем лежал в ладони. Поскреб дверь иглой.

Ничего. Смутное сомнение, не больше.

— А тут что-то есть, – донесся голос Жилы, ушедшего с маленькой свечой в соседнюю комнату.

— Эй, чего там? – взбодрился Руст.

— Иди, посмотри.

Солдат потопал к товарищу.

— Ну, чего? – доверительно спросил у Максимилиана Цапля. – Чуешь демона?

Максимилиан покачал головой, выпрямился.

— Рыбой воняет – это чую. А демона… Нет.

Что-то большое, бесформенное бросилось на Руста из комнаты! Солдат от страха заголосил, отпрянул и, не устояв на ногах, плюхнулся на землю. Серое нечто накрыло его с головой, принимая форму дергающегося тела.

Следом из комнаты вышел хохочущий Жила, отряхивающий пыль со штанины. Его просто распирало от эмоций, он задирал лицо вверх и хватался за бока.

Блеснула сталь, и появилось взбешенное лицо Руста. Он выбрался из-под «чудовища», оказавшегося большим куском старой дерюги, зарычал, потрясая оружием.

Цапля с Максимилианом в оцепенении смотрели на происходящее. Если здесь и должно произойти смертоубийство, то точно не по вине демона.

— Ой, да ты чего? – сквозь смех вопросил Жила, пятясь и выставляя перед собой руки. – Такая умора! Ты бы себя видел!