Книга Бэд бой, страница 11 – Кристина Кардо

Но вместо этого внутри расползалась пустота.

Холодная. Тяжелая. Неправильная.

— И вы просто отпустите меня? — тихо переспросила.

Дамир криво усмехнулся.

— Нет. Я нихрена не хочу тебя отпускать.

Он резко затушил сигарету. Грубо размазал фильтр по дну пепельницы. Подошел ко мне. Снова слишком близко — так, что я чувствовала жар его тела сквозь одежду.

— Но должен.

Его пальцы скользнули по моей щеке. Медленно. Тяжело. Собственнически. Подушечки пальцев были шершавыми, горячими, они оставляли на коже невидимый след — как клеймо.

У меня дыхание сбилось. Воздух застрял где-то в горле, не проходя дальше.

— Потому что рядом со мной люди долго не живут, малыш, — хрипло выдохнул он. — Я ломаю все, к чему привязываюсь. Все, до чего дотрагиваюсь. Все, что пытаюсь удержать.

— Тогда зачем отпускаете?

В его глазах мелькнуло что-то темное. Почти болезненное. Что-то, чего я никогда раньше не видела — ни у него, ни у кого-либо еще.

— Потому что если оставлю тебя здесь… однажды ты начнешь смотреть на кровь так же спокойно, как я.

Он провел большим пальцем по моей нижней губе. Медленно и почти невесомо. Прикосновение все равно обожгло, как каленое железо.

— А я не хочу видеть тебя сломанной, — закончил он.

В комнате повисла странная тишина. Гнетущая, свинцовая. Я слышала только свой пульс. И еще его рваное дыхание.

Я должна была воспользоваться шансом. Должна была согласиться — сразу, не раздумывая, с облегчением выдохнуть «да». Уйти. Сбежать. Вернуться к нормальной жизни — той, что была до всего этого кошмара. К жизни, где нет крови, нет драк, нет бойцовской клетки под окном.

Но вместо этого я услышала собственный голос — чужой, незнакомый, дрожащий:

— А если я не хочу уходить?

Дамир застыл. Медленно поднял на меня взгляд. Я впервые по-настоящему испугалась. Потому что в его глазах вспыхнуло что-то голодное. Темное. Одержимое. То, что он так долго прятал за маской холодного безразличия.

— Повтори, — прохрипел он. Его голос сорвался, стал ниже, опаснее.

Я сглотнула. Но уже не могла остановиться. Слова сами срывались с губ — те, которые я так долго загоняла глубоко внутрь.

— Я не хочу уходить.

В следующую секунду Дамир резко дернул меня на себя. Я ахнула, врезаясь в его грудь — твердую, как скала. Его ладонь обхватила мой затылок. Пальцы зарылись в волосы, сжались — крепко, властно, не оставляя возможности отстраниться. Даже если бы я захотела. А я не хотела.

— Ты хоть понимаешь, что сейчас делаешь? — процедил он мне прямо в губы. Его дыхание обожгло мои губы, горячее, с привкусом табака. — Понимаешь, кого выбираешь?

Я дрожала. Меня трясло крупной дрожью — от макушки до пяток. Но не от страха. Совсем не от страха.

— Вас.

Он закрыл глаза на секунду. Всего на одну короткую, рваную секунду. Будто это слово ударило его сильнее ножа. Будто оно пробило ту броню, которую он выстраивал годами.

А потом резко впечатал меня в край стола. Я вскрикнула — не от боли, от неожиданности. Дамир навис сверху — огромный, тяжелый, опасный до мурашек. Его тело прижало меня к деревянной столешнице, не оставляя ни сантиметра свободы.

— Глупая девочка, — хрипло выдохнул. — Ты даже не представляешь, насколько я больной ублюдок.

Его пальцы сжались на моей талии. Собственнически. Жадно. До синяков и отметин. Не потому что он хотел сделать мне больно, а от неспособности контролировать силу. Потому что он не умел быть нежным.