Книга Дом холодных сердец, страница 86 – Тея Авари

Может, Торн был прав и ей стоило отправиться в деревню? Однако бросить его снова девушка не могла теперь и помыслить.

Он вернулся так же внезапно, как и улетел. Откуда-то Торн притащил охапку сухой соломы, растянул ее на полу и устроил подобие ложа, убогого, но хоть немного мягче голого камня.

— Ложись здесь, раз такая упрямая, – сказал он.

Ева повиновалась. Он опустился рядом, раскинув над нею крылья, как черную завесу. Они были холодными, пахли кровью и смертью, но были способны сохранить тепло. Девушка свернулась калачиком под боком у вампира, чувствуя, как слабеет ритм его сердца.

— Спасибо… – прошептал он.

— За что?

— За то, что не оставила меня.

Он больше не сказал ни слова. Дыхание его остановилось. Тяжелый колдовской сон подкрался к нему тихо, незаметно. Неотвратимо.

А Ева не могла уснуть.

Она смотрела на его осунувшееся лицо, еще больше побледневшее. Видела тонкие следы крови на виске, на ключице, на его пальцах, стиснутых даже во сне. И ощущала, как в ее груди растет нечто новое. Но на этот раз это был не страх, не тревога и не предчувствие опасности. А чувство, которому Ева еще сама не могла дать название, но уже догадывалась о его природе.

Впервые за всю свою жизнь Ева чувствовала, что она не одна на этой земле.

Торн просыпался тяжело и долго. За день раны успели затянуться, но внутри все равно все горело огнем – сердце словно забыло, что когда-то принадлежало ему.

Вампир перекатил голову и увидел спящую Еву, свернувшуюся клубочком и наконец согревшуюся. Торну не хотелось нарушать этот покой, но, черт побери, как затекли крылья!

Он легонько пошевелил ими, стараясь не размыкать и не пропускать внутрь импровизированного кокона холодный воздух. Ева тут же проснулась.

— Торн!..

Она подскочила на месте, видимо, забыв, где находится, ударилась о натянутую кожу крыла и, ничего не видя в темноте, совсем перепугалась, потеряла равновесие и рухнула назад на Торна.

— Чего расшумелась? – проворчал он. – Я здесь.

От его былой нежности не осталось и следа. Точнее, он постарался запрятать ее куда поглубже. Сегодня чудовище испытывает странную нежность к своей еде, а завтра – выпивает досуха без всякого сожаления. Лучше держать себя в руках. А ее – от себя подальше.

А ведь девчонка и без того притопала за ним аж к самим Каэдэс, и ведь не побоялась! Глупая.

— Я ничего не вижу… – пробормотала Ева.

— Мы в склепе. Забыла? Здесь темно, – пояснил Торн. – И я пытаюсь сделать так, чтобы ты не заме…эээ…

Вампир почувствовал, как руки Евы слепо прошлись по его груди и ниже. Вдруг испуганно отпрянули.

— Отпусти меня! – возмущенно велела Ева.

— Пожалуйста…

Торн распахнул крылья, сел на пол и, потянув в разные стороны, легонько ими помахал. Еву обдало морозным сквозняком.

— Ты можешь лететь? – спросила девушка, наблюдая за его глазами – двумя горящими алыми точками.

— Могу, – заверил ее Торн. – Вопрос, сколько ты протянешь без теплой одежды.

Ева поежилась. Она чувствовала, что недолго. А от полета становилось еще холоднее – зимний ветер иглами колол лицо, продувал насквозь одежду. И почему вампиры такие холодные? Во всех смыслах…

— Ты говорил, рядом есть поселение. Давай зайдем туда и купим одежду, – предложила Ева и тут же осеклась. – Или думаешь, за нами идет погоня?..