Книга Эйдолон, страница 20 – Гидеон Торн

Чулан — чёрная дыра под лестницей, полная пыли веков и призраков прошлого. Пахло затхлостью и забытыми намерениями. Я щёлкнула выключатель. Лампочка моргнула раз и сдалась, оставив меня в полутьме. Луч фонарика телефона выхватил горы коробок. Его кейс. Он стоял в углу, вертикально, как гроб вампира, и выглядел зловеще. Я дотронулась до холодной поверхности. Он там спит? Или заряжается? Чем он вообще занимается по ночам? Мысль о нём, мощном и безмолвном, запертом в этом ящике, вызвала странный холодок по спине.

Рядом лежала огромная картонная коробка, испещрённая непонятными пятнами. Брата. Его «архив». Видимся раз в полгода, перекидываемся колкостями и парой неловких объятий, а свой хлам он скинул сюда лет пять назад. «Придержи, пока не заберу!» — крикнул, уезжая на своём вечно орущем мотоцикле. Не забрал. Я вскрыла коробку ногтями, подняв тучи пыли. Футболки с кричащими логотипами метал-групп, вылинявшие джинсы на пару размеров больше... Всё несло нафталином и лёгкой безнадёгой. Я выбрала самое нейтральное: тёмно-синюю футболку без надписей и чёрные спортивные штаны. Далеко не идеально, но чисто и цело. «Закупок не избежать», — вздохнула я про себя, складывая вещи. Придётся ехать в город, подбирать ему одежду. Прямо как любовнику. От этой мысли я фыркнула.

Зажимая охапку одежды, я направилась в ванную. Дверь была приоткрыта, стекло запотело. Густой пар обволакивал всё, словно в бане. Я собралась тихонько сунуть одежду на стиральную машину и смыться. Взялась за ручку, чтобы открыть чуть шире...

Шкшк.

Раздвижная дверь душа поехала в сторону. И он вышел. Весь. Совершенно голый. Пар вился вокруг него, как дым. Вода стекала по линиям плеч, грудной клетки, пресса — ох уж этот пресс! — по бёдрам... Капли задерживались на груди, медленно сползая вниз. Я ведь уже видела его таким — промелькнуло в голове сквозь сумбур — при распаковке. Почему сейчас... по-другому? Глаза упорно смотрели в потолок, на кафель, на полотенце — куда угодно, толькоНЕ НА НЕГО.

Он заметил меня мгновенно. Не вздрогнул. Просто повернул голову. Капли скатились по виску. — Это мне? — прозвучало спокойно, без тени смущения. Будто я принесла газету.

Он подошёл. Ближе. Совершенно не стесняясь наготы. Я чувствовала исходящее от него тепло, влагу, запах геля для душа. Он взял одежду из моих одеревеневших рук. Его пальцы слегка коснулись моих. И... положил всё прямо на стиральную машину. — Спасибо, — сказал он. И легко улыбнулся. Почти невинно. Но его глаза... Они скользили по моему лицу, по позе — я прижалась к косяку, готовая бежать. Он не торопился прикрыться полотенцем. Будь он человеком, я поклялась бы, что он наслаждается моментом! Этот чёртов дьявол!

Он шагнул. Я машинально отступила и упёрлась спиной в холодную дверь. Он поднял руку, положил ладонь на дверь чуть выше моего плеча. Потом другую — с другой стороны. Я оказалась в клетке из его рук. Его тело — в двадцати сантиметрах. В голове слегка закружилось. От пара? Или от него? — Чья это была одежда? — спросил он, слегка наклонившись. Его дыхание коснулось лба. — Твоего бывшего? Ты же живёшь одна. По моим наблюдениям.

Вопрос ударил под дых. Зачем? Зачем ему знать? Статистика? Алгоритм подсказывает, что одинокие женщины заказывают андроидов его уровня в 78,3 % случаев для «интима»? И теперь он уточняет, не осталось ли соперников? Настраивает «спецпакет услуг»? Логично по-роботски. Но легче не стало. — Брата, — выдавила я. — Старьё моего брата. — Правда? — прозвучало мягко, с едва уловимой... ноткой сомнения? Или мне померещилось?