Книга Любовный эликсир для опальной герцогини, страница 23 – Шарлин Кук

Элиан расставил всех в главном зале, раздал тёплое питьё и успокаивающие травы.

— Артан не вернётся сюда в ближайшие дни, — сказал он. — Он ранен, его магия ослабла. Но мы должны быть готовы.

Лира сидела у стены, сжимая в кармане пустой флакон. Гравировка грела кожу: «Для той, кто осмелится».

— Что теперь? — спросила она.

Элиан сел рядом. Через связь она чувствовала его усталость, но и что-то новое — покой.

— Мы пойдём за ним, — сказал он. — Но не сразу. Сначала я должен научить тебя управлять даром. По-настоящему.

— У меня есть ты.

— У тебя есть я, — согласился он. — И всегда будет. Какая бы дальняя дорога нас ни ждала.

Она посмотрела на него. Он был грязный, уставший, с ободранными руками. Но его глаза смотрели на неё так, будто она была единственным светом в этом тёмном мире.

— Элиан, — сказала она, — когда всё это закончится, что будет с нами?

— Мы будем жить, — ответил он. — Просто жить. Варить зелья, кормить Барсона, торговать с дураками. И больше никогда не искать приключений.

— Ты врёшь, — улыбнулась она.

— Вру, — признался он. — Приключения будут. Но теперь — вместе.

Он наклонился и поцеловал её. Легко, почти неслышно. Лира чувствовала его через связь — тепло, нежность, обещание.

Барсон, сидевший на верстаке, снова мяукнул.

— А ты, Барсон, — сказал Элиан, поднимаясь, — прекрати воровать мои рецепты. Я видел, как ты стащил свиток с полки.

Кот посмотрел на него с абсолютным равнодушием.

Лира рассмеялась. Впервые за много дней — легко, свободно.

А за окнами мастерской занимался новый день.

Через три месяца после той ночи в лесу Лира мыла колбы.

Она стояла у большой каменной раковины в просторной, светлой мастерской, на самом верху холма, где воздух пах сосной и свободой. Элиан нашёл это место случайно — старый дом, заброшенный лет двадцать назад, с крепкими стенами и огромным подвалом для ингредиентов.

Лавку они назвали просто: «Две души».

Вывеску Элиан смастерил сам, и теперь она висела над входом — деревянная, с двумя переплетёнными кругами, золотым и серебряным. Лира смеялась, когда он её вешал.

— Как бы Артан не нашёл нас по такой приметной вывеске.

— Пусть ищет, — ответил Элиан, забивая последний гвоздь. — Я уже приготовил ему подарок. Три новых зелья, которых он точно не ждёт.

— Ты — монстр.

— Твой монстр, — поправил он.

Сегодня в лавке было тихо.

Лира тёрла колбы, наслаждаясь утренним солнцем, которое пробивалось сквозь чистое окно. В углу, на любимом кресле, спал Барсон. За прошедшие месяцы он не изменился ни капли — такой же толстый, наглый и самодовольный.

Элиан возился с медным котлом, колдовал над новым зельем для местного лекаря. Иногда он поглядывал на Лиру через связь — без слов, просто тёплой волной. Она отвечала тем же.

Их связь стала тихой и привычной, как дыхание. Она не мешала, не давила. Просто была.

— Я сегодня видела сон, — сказала она, не оборачиваясь.

— Какой?

— Про старую лавку. «Гнилой корень». — Она улыбнулась. — Ты стоял у прилавка и называл меня «похожей на ложь».

— Я был грубым идиотом, — сказал Элиан.

— Был. — Она обернулась, вытирая руки о фартук. — И всё ещё идиот. Но теперь — мой идиот.

Он подошёл к ней, обнял со спины и уткнулся носом в её макушку. Через связь она почувствовала его счастье — спокойное, глубокое, как лесное озеро.

— Как думаешь, — спросил он, — Артан ещё придёт?

— Придёт, — ответила она. — Но теперь мы готовы.

— Мы всегда готовы, — сказал он. — Мы — команда.

Лира рассмеялась и повернулась к нему лицом.

— Главное, чтобы ты не варил «Слияние» без моего ведома.

— Не буду, — пообещал он. — Только с тобой. И только если ты сама попросишь.

— Я уже просила. — Она коснулась его щеки. — И не жалею.

Он поцеловал её — легко, как в тот раз в мастерской. Барсон приоткрыл один глаз, зевнул и снова закрыл.

В окно заглянуло солнце, и тысячи пылинок затанцевали в воздухе, как маленькие искры.

Где-то далеко, за горами, в старом храме на холме, лорд Артан перевязывал свои раны и проклинал алхимика и девушку с золотыми глазами. Но сегодня у него ничего не вышло — его магия не слушалась, а пустые, которых он пытался создать, разваливались на части, не успев встать на ноги.

Он злился. Он строил планы.

Но это было уже не так важно.

Потому что в маленькой лавке на вершине холма, где пахло мятой и сосной, Лира и Элиан стояли в объятиях под утренним солнцем, и у них было всё.

Любовь.

Свобода.

И кот, который храпел в углу, не обращая внимания на их счастье.

Конец.