Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 80 – Виолетта Вейл

Сначала ничего не произошло.

Потом над чашей поднялся синий свет.

Красивый.

Нежный.

Похожий на северное сияние.

Старейшины зашептались.

Грета выдохнула с облегчением.

— Истинная связь, — сказала она.

Кайран побледнел.

Ветта почувствовала, как сердце уколола старая боль.

Неужели всё же?

Но лечебница за её спиной вдруг низко загудела.

Золотая печать над воротами потемнела.

Рейнар резко сказал:

— Подождите.

Синий свет в чаше дрогнул.

И внутри него проступила пустота.

Не тень.

Дыра.

Свет был только оболочкой. Красивой кожей вокруг ничего.

Харвин нахмурился.

— Что это?

Элиана отступила на шаг.

— Ритуал искажён! Это её дом!

— Нет, — сказал Рейнар. — Это пустой лёд.

Кайран медленно повернулся к Элиане.

Она побледнела.

— Кайран, они всё подстроили.

— Моя кровь в чаше, — сказал он. — Твоя тоже. Дом только показывает, что внутри.

Синий свет начал трескаться. Из него выпали тонкие осколки прозрачного кристалла. Они исчезали, не касаясь чаши, будто были не настоящими, а памятью чужого обмана.

Среди старейшин поднялся шум.

Харвин ударил посохом.

— Тишина!

Но было поздно.

Все видели.

Истинная связь Элианы была ложной.

Грета стояла неподвижно, как ледяная статуя.

Элиана смотрела на чашу с ненавистью.

— Теперь моя очередь, — сказала Ветта.

Кайран резко повернулся.

Она увидела страх в его глазах.

— Ветта…

— Я выбрала.

Рейнар подошёл ближе.

— Только маленький надрез. Я рядом.

Марта сжала её руку.

— Я тоже.

Ветта кивнула.

Она подошла к чаше.

Сердце билось ровно. Странно ровно.

Нож старейшины был холодным. Когда он рассёк кожу на ладони, боль оказалась почти облегчением — настоящей, простой, понятной.

Капля её крови упала в чашу.

Сначала вспыхнуло золото.

Тёплое, сильное, живое.

Потом серебро.

Лёд Кайрана ответил.

Два света поднялись над чашей и переплелись. Не слились. Не поглотили друг друга.

Переплелись.

Как две нити, разные по природе, но способные держать один узор.

И между ними зажглась третья искра.

Маленькая.

Яркая.

Белая с золотой сердцевиной.

Ветта перестала дышать.

Ребёнок.

Её малыш.

Искра дрогнула и вдруг развернулась к ней — не глазами, не лицом, но таким ясным ощущением живого присутствия, что Ветта едва устояла.

Кайран оказался рядом, но не коснулся без разрешения.

— Можно? — спросил он хрипло.

Она кивнула.

Он поддержал её за локоть.

Чаша зазвенела.

Харвин побледнел.

— Наследник льда и тепла, — прошептал кто-то из старейшин.

Другой сказал:

— Ключ.

Третий:

— Или замок.

Ветта резко подняла голову.

— Не называйте моего ребёнка вещью.

Тишина.

Кайран шагнул рядом.

— Его имя и судьба не принадлежат совету.

Харвин смотрел на сияние над чашей.

— Ритуал подтверждает: ребёнок от князя Морозного. Кровь леди Вейл несёт древнюю линию хранителей. Связь Элианы Сноур с князем…

Он повернулся к Элиане.

— Ложна.

Элиана стояла бледная, но уже не испуганная.

Злая.

Очень злая.

— Вы думаете, это что-то меняет? — спросила она.

Харвин нахмурился.

— Леди Сноур, вы обвинены в обмане совета и применении пустого льда.

— Ваш совет стар, слеп и бесполезен.

Грета резко сказала:

— Элиана!

Та рассмеялась.

И в этом смехе больше не было ни нежности, ни хрупкости.

— Вы все думали, что выбираете судьбы. А сами двадцать лет сидели на крышке сундука и называли это властью.

Кайран шагнул к ней.