Книга Ненужная жена ледяного дракона, страница 79 – Виолетта Вейл

— Условия выставляет совет.

— Тогда судите кого-нибудь другого.

По рядам прошёл возмущённый гул.

Ветта не дрогнула.

— Это моя кровь. Моё тело. Мой ребёнок. Если вам нужна правда, вы получите её без права навредить нам.

Харвин долго смотрел на неё.

— Говорите.

— Ритуал проводится здесь, на земле лечебницы. Под защитой печатей Вейл. Рейнар Фрост наблюдает как лекарь. Кайран Морозный даёт кровь добровольно. Элиана Сноур тоже.

Элиана побледнела.

— Я не обязана…

— Обязаны, — сказал Кайран. — Если утверждаете, что связь истинна.

Ветта продолжила:

— Кровь ребёнка напрямую не берётся. Только моя. Если ритуал потребует большего, он будет остановлен.

Харвин нахмурился.

— Это исказит результат.

Рейнар вышел вперёд.

— Нет. Если ребёнок связан с матерью, её кровь даст достаточно отклика. Древние ритуалы не требуют жестокости. Это люди потом добавили её для убедительности.

Грета посмотрела на него с ненавистью.

— Изгнанник не будет учить совет законам.

— Я был здесь, когда ваши законы убивали детей, княгиня. Так что да, буду.

Воздух заледенел.

Кайран шагнул чуть вперёд, но не закрыл Рейнара.

Харвин поднял руку.

— Довольно.

Он смотрел на Ветту с новым выражением. Не уважением — ещё нет. Но вниманием.

— Совет примет условия, если князь подтвердит.

Кайран повернулся к Ветте.

Не к Харвину.

— Ты уверена?

Он спросил.

Перед всеми.

Ветта почувствовала, как это простое действие стало ударом по старому порядку сильнее любых криков. Князь Севера спрашивал женщину, чью судьбу ещё вчера собирались решить без неё.

— Нет, — сказала она честно. — Но я выбираю сама.

Он медленно кивнул.

— Тогда я подтверждаю.

Элиана резко вдохнула.

Грета смотрела на сына так, будто видела чужого мужчину.

Может быть, впервые видела настоящего.

Харвин поднял посох старейшины.

— Суд крови состоится сейчас.

Марта прошептала:

— Вот прямо сейчас? У них что, никогда ничего хорошего на ужин не бывает?

Рейнар тихо ответил:

— У старейшин вместо ужина чужие нервы.

Ветта едва не улыбнулась.

Почти.

Но потом из саней вынесли чашу.

Древнюю, чёрную, с серебряными трещинами. Ветта сразу почувствовала от неё холод. Не пустой, не злой. Старый. Законный. Беспощадный.

Чашу поставили на каменную плиту перед воротами лечебницы.

Круг старейшин сомкнулся вокруг.

Крестьяне и пациенты вышли за спины Ветты. Никто не приказал им. Они сами встали там, где могли быть видны.

Грета заметила.

— Уберите людей.

Ветта ответила:

— Нет. Они свидетели.

— Это не их дело.

Тавр шагнул вперёд.

— Мы здесь лечились. Значит, наше.

Грета посмотрела на него так, будто крестьянин был грязью под сапогом.

Кайран заметил этот взгляд.

И, возможно, впервые увидел мать глазами Ветты.

Его лицо стало жёстким.

— Люди останутся.

Харвин кивнул.

— Пусть будут свидетели. Правда не боится глаз.

Элиана тихо усмехнулась:

— Иногда глаза видят то, что им показывают.

Ветта посмотрела на неё.

— Вот и проверим.

Ритуал начался с Кайрана.

Он подошёл к чаше первым. Нож старейшины коснулся его ладони. Тёмная кровь дракона упала в чёрную чашу и вспыхнула серебряным светом.

Харвин произнёс:

— Кровь рода Морозных свидетельствует.

Кайран не смотрел на чашу.

Он смотрел на Ветту.

И в этом взгляде было обещание: я здесь.

Не впереди.

Рядом.

Затем подошла Элиана.

Она двигалась легко, но Ветта видела напряжение в её плечах. Когда нож коснулся её кожи, Элиана едва заметно поморщилась. Капля крови упала в чашу.