Книга Похищенная истинная ректора-дракона, страница 63 – Мелина Боярова

Зодчий давно потерял человеческий облик и жил призрачной местью, стремясь поглотить все живое., чтобы заполнить бесконечную пустоту. Каждое движение костяных лап оставляло на полу глубокие борозды, из которых тут же начинал сочиться едкий черный дым.

Серебристый щит Рейнара начал тускнеть под натиском маслянистой тьмы, которая облизывала его, как голодный зверь. Теневые щупальца Эдриана извивались в воздухе, пытаясь нащупать брешь в нашей обороне.

Я вдруг остро осознала: грубая сила дракона нам не поможет. Зодчий питался нашей яростью, он поглощал энергию ударов, становясь только мощнее с каждой секундой этого безумного боя. Здесь требовалось нечто иное, что ударит не по телу, а по той жалкой искре человечности, которая тлела под слоями черноты.

— Ты не победишь, жалкий ящер, — проскрежетали сотни голосов Эдриана одновременно, создавая невыносимую какофонию. — Этот мир принадлежит мне. Она — принадлежит мне!

— Подавишься, падаль! — Рейнар обрушил на монстра новый удар. Сгусток серебряного огня прожег дыру в плече монстра, но рана тут же затянулась и обзавелась новыми костяными наростами.

В моей голове всплыли те самые навязанные воспоминания, от которых я так отчаянно пыталась избавиться. Образ Лорианы — прекрасной, печальной и бесконечно любимой этим безумцем — стоял перед глазами так четко, будто она была здесь, рядом со мной.

Эдриан не просто хотел власти, он искал искупления за свою давнюю потерю. И только через Лориану можно было до него достучаться. Ребенок внутри меня снова толкнулся, посылая волну жара, и в этом импульсе я ощутила его молчаливую поддержку.

Я должна стать этим призраком, чтобы победить Эдриана!

Сделав глубокий вдох, я позволила магии хаоса временно преобразить мои черты, подгоняя их под образы прошлого. Я не боролась с навязанным образом, а натянула его на себя, как шелковое платье, чувствуя, как взгляд становится туманным, а движения — плавными и тягучими. Рейнар почувствовал перемену в моей ауре и на мгновение замер, его глаза расширились от непонимания и нарастающего ужаса.

— Тайлис? Что ты творишь?! — закричал он, пытаясь схватить меня за руку, но я ускользнула от него, вырываясь на открытое пространство.

— Доверься мне, Рейнар! — шепнула голосом, который совсем не походил на мой. — Бей, когда я подам знак! Не сомневайся ни секунды!

Я вышла в центр разрушенной комнаты, где тьма Эдриана была наиболее густой и удушливой. Сейчас перед Зодчим стояла не Тайлис, а его потерянная мечта, проклятие и единственный свет в бесконечной ночи.

Тварь замерла. Многочисленные конечности застыли в воздухе, а щупальца, терзавшие щит дракона, бессильно опали на камни. Монстр смотрел на меня всеми своими глазами. И в этом нечеловеческом взгляде я увидела, как сквозь толщу безумия пробивается болезненное узнавание.

Костяная челюсть твари мелко задрожала, а черный дым, исходивший от тела, поредел, открывая фрагменты человеческой кожи. Зрелище омерзительное и жалкое одновременно. Но я улыбнулась той самой кроткой улыбкой, которую он видел в своих лучших снах.

— Лориана?.. — прошелестели его голоса, на этот раз в них звучали надрывные человеческие нотки. — Это правда ты? Ты пришла ко мне?

— Я здесь, Эдриан, — выдавила из себя с огромным трудом. — Почему ты так жесток? Почему разрушаешь наш дом?