Книга Друг отца. Плата за свободу, страница 11 – Катя Кекс

— Что я должна делать? — спрашиваю. Голос ровный. Мёртвый.

— Жить здесь. — он ставит чашку. — Быть моей женой. Для всех. Для общества, для партнёров, для семьи.

— А наедине?

— Наедине ты будешь делать то, что я скажу.

Я сглатываю.

— Это... брак по контракту?

— По контракту, — кивает он. — Сроком на год. По истечении года ты свободна. Можешь уйти. Можешь остаться. Решать тебе.

— А если я захочу уйти раньше?

— Ты не сможешь этого сделать.

Я смотрю на него. Не понимаю.

— Вы убьёте меня? — спрашиваю прямо. — Или что-то сделаете с моей семьёй?

Он усмехается. На этот раз усмешка выходит другой. Не холодной. Почти... живой.

— Никого я не буду убивать, Ангелина. — он наклоняется вперёд, смотрит мне в глаза. — Но ты не захочешь уйти. Потому что я сделаю так, чтобы тебе было хорошо здесь. Очень хорошо.

Утром я просыпаюсь оттого, что не понимаю, где нахожусь. Потолок слишком высокий. Кровать слишком мягкая. Воздух пахнет цветами, а не дешёвым стиральным порошком и старой мебелью.

Потом память медленно возвращается. А вместе с ней и тяжесть в груди.

Я выхожу замуж. Сегодня подаём заявление.

Сажусь на кровати. Оглядываю комнату. Сквозь огромные окна льётся солнечный свет, и в нём видно каждую пылинку. Всё чужое. Всё не моё. Я чувствую себя гостьей. Или вещью, которую принесли в дом и пока не распаковали.

В дверь стучат. Коротко, уверенно.

— Ангелина, вы встали? — голос той самой женщины. Горничной.

— Да, — хриплю я, откашливаюсь. — Да, я... только проснулась.

— Юрий Сергеевич ждёт вас к завтраку через полчаса. Я оставлю вещи, которые он просил надеть, у двери.

Я слышу, как что-то ставят на пол. Шаги удаляются.

Подхожу к двери. Открываю. На пороге несколько пакетов. Я заглядываю внутрь и понимаю, что это одежда. Брюки, блузка, бельё, даже обувь. Всё моего размера. Всё дорогое, но без лишней вычурности, спокойных тонов.

Он подготовился. Знал, что я приду. Знал, что соглашусь. Может, даже знал, какой размер мне заказать.

Меня передёргивает, но отказаться я не могу. Надеваю всё что мне принесли и приятно удивляюсь новым ощущениям. Я никогда не носила такие ткани, это, наверное, стоит целое состояние. Натуральный шёлк блузы холодит кожу, брюки сидят чётко по фигуре, нигде не морщатся и не топорщатся, про бельё я вообще молчу, оно просто шикарное.

Завтракаем мы в гостиной. На столе кофе, свежие круассаны, фрукты, сыр. Я сажусь напротив своего будущего мужа и впервые вижу Молотова при дневном свете.

Он в тёмном костюме, белая рубашка, идеально выбритый. Волосы уложены. От него пахнет дорогим парфюмом с нотками табака и натуральной кожи. Он выглядит так, будто уже прожил этот день, пока я только проснулась.

— Ешь, — кивает он на мою тарелку. — Нам много куда сегодня ехать.

Я беру круассан. Откусываю. Не чувствую вкуса.

— Куда именно? — спрашиваю, чтобы хоть что-то сказать.

— Сначала в ЗАГС. Подадим заявление. Потом к нотариусу. Брачный договор.

Я поднимаю голову.

— Брачный договор? Зачем?

— Смешная ты, неужели думала, что я отпущу тебя через год с половиной моего состояния? — он усмехается. — Нет, Ангелина. Ты получишь ровно то, что я обещал. Спасённую семью. И свободу через год. Никаких твоих претензий на мои активы.

Я сглатываю. Не потому, что хочу его деньги. Просто очередное напоминание о том, что я здесь не невеста, а лицо, с которым заключают контракт.