Книга Я плохому не научу, страница 28 – Лина Мак

— Эй, – Тим слегка встряхивает меня, когда я уже намерена скинуть его с себя. – Кать, ну что я снова не так сказал? – тяжело вздохнул Тим, реально придавливая меня собой.

Если до этого он держался на локтях, то сейчас вышиб из меня последний воздух. И так мне плакать хочется сейчас.

— Тим, просто проваливай отсюда и всё, – задышала я чаще, чтобы попытаться сдержать подступающие слёзы. – Иди учись у своих новых покровителей всему, что хочешь.

— А я у тебя хочу, – ответил он уверенно, – Снегурка, – Тим провёл пальцами по щеке. – Я идиот, но мне простительно. Я ещё молодой, как ты сказала, и меня нужно учить. Так что, Снегурка, научишь меня всему, что умеешь?

И снова эти предательские мурашки. Тело отзывается на все слова Тима реакцией, которой я не хочу. Или хочу, но очень боюсь.

— Я в преподаватели не нанималась, – попыталась отвернуться от настырных губ Тима, но его язык, что прошёлся по укусу, приманил взгляд, заставляя сглотнуть слюну.

— Поздно, Снегурка, – Тим сжал мои щёки и прошёлся языком по губам. – Я уже влип в твою науку. И готов всю жизнь получать твои уроки.

— Если ты хотел сказать, что влюбился, то это было самое идиотское признание, – прошептала я, задыхаясь от давящего чувства в груди.

— Главное, что ты сама догадалась, – хмыкнул Тим и снова поцеловал, но только в этот раз слишком медленно и тягуче, заставляя моё сердце остановиться.

Гром скачет по кругу как шальной. Он сегодня слишком возбуждён, впрочем, как и я. Меня напрягает вся ситуация с Тимом, и вообще.

— Тише, мой хороший, – слегка натягиваю удила, чтобы остановить Грома. – Ну что ты нервничаешь так? Я сама на пределе.

Но конь только фыркает подо мной, переходя на шаг. Уже третий месяц Тим не унимается. Даже переехал ко мне. А ведь я усердно гоню его, но он не уходит.

Вот с ним точно работает пословица: я его в дверь, а он в окно. И чем сильнее он напирает, тем больше трещит моя броня.

— Гром, скинь её, что ли, а то она слишком расслабилась, – слышу голос брата поблизости и вздыхаю.

Я не разговариваю с ними. Не то что не вижусь. Папа с Максом сами приехали ко мне в начале февраля.

Я, как прилежная хозяйка, накормила их, напоила чаем и выперла по домам.

— Что ты здесь забыл, Морозов? – смотрю на брата, спешиваясь с Грома. – Как же ты оставил Каролину одну?

— Она с Бимом, – улыбается брат, напоминая довольного медведя. – А он её точно не отпустит.

— Радуешься, что твой ручной телёнок вместо охраны у тебя, – хмыкаю я. – Ну-ну.

— Не завидуй, сестрёнка, – лыбится Макс.

— Зачем пришёл? – смотрю на брата внимательно.

— Узнать, дуешься ты на нас с батей или нет, ну и пригласить в одно интересное место.

— Я с вами больше никуда не езжу, – отрезаю я серьёзно, – хватит. Вы меня научили, что вам доверять опасно для моей нервной системы.

— Кать, ну всё же вышло как нельзя лучше, – Макс подходит ко мне и хочет обнять, но я быстро уворачиваюсь.

— Для кого? – спрашиваю хмуро. – Для вас? Вполне возможно. Баринов-старший исчез с радаров, а Тим стал достойной заменой. Для меня? Не уверена.

— Ну мелочь ты моя, так не пойдёт, – вздыхает Макс. – Тим твой крепкий орешек оказался, ты знаешь?

Вскидываю бровь, но молчу. Не буду же я рассказывать Максу, что месяц назад чуть не испытала на нём новый арбалет, когда он явился домой под утро, да ещё и пах женскими духами.