Книга Осколок рая, страница 46 – Крейг Дэвидсон

В такие моменты Минерва становилась особенно угрюмой. Ей было трудно увидеть хоть какие-то светлые стороны жизни. Но возможно, в этой комнате происходило и что-то хорошее. Молодая пара могла провести здесь ночь по пути в другой город, к лучшей жизни. Может быть, их первый ребенок был зачат в этой самой постели и впоследствии изобрел дискеты, или стал звездой внебродвейской пьесы, или занялся еще какой-нибудь херней. Кто знает?

В руке Минерва держала бутылку ржаного виски, по вкусу и полезным свойствам не особо отличавшегося от антифриза. Она собиралась выпить столько, сколько сможет, а потом, подготовив все необходимое, взобраться на стул. Оттолкнуться – и полететь, без забот и тревог, как птица в небе.

Правда, она прекрасно знала, что очнется через несколько минут – с коричневым пятном на штанах, появившимся в результате непроизвольного опорожнения кишечника, и с покрасневшими от кровоизлияния белками глаз. Что ж, она просто приведет себя в порядок и сделает вид, что ничего не было…

Минни почти осушила бутылку, когда кто-то постучал в дверь.

Проклятье. Чертово дерьмо.

Стучали, конечно же, не копы. Это не могли быть они. Хотя два дня назад всего в километре отсюда она убила трех человек и скрылась с места преступления, никто ее не искал. Как обычно.

Дело не в том, что мужчины, которых она убила в баре, сами были убийцами и поэтому полиция не особо рьяно искала человека, покончившего с их бессмысленным существованием. Когда бешеный пес убивает другого бешеного пса, собачник все равно преследует убийцу, чтобы предотвратить возможную смерть уже ни в чем не повинного существа. И дело не в том, что Минерва так хорошо замела следы – ее видела куча свидетелей.

Нет, полицейские не преследовали ее, потому что это было частью сделки. Она загадала одно конкретное желание, но с ним пришли всевозможные последствия, о которых она тогда не знала. Ее тяготили не мысли о людях, которых она убила, а отсутствие наказания за эти убийства.

А убила она… Боже, сколько их было? Двадцать? Двадцать человек за последние пятнадцать лет. Двадцать душ, ушедших в рай или ад, а может, и вовсе испарившихся в воздухе, унесенных космическими ветрами в какую-то другую часть континуума. Люди, которых она убила, были отбросами общества в самом прямом смысле этого выражения.

Стражи закона никогда не обращали на Минерву особого внимания. Она жила жизнью совершенно свободного человека, без последствий и возмездия. Ни дня не провела в тюрьме. Иногда ее вызывали на допрос, она проводила несколько часов в камере, но в конце концов детектив всегда говорил ей, что она свободна.

— А что, если это я их убила? – спросила она однажды.

— Мы прекрасно знаем, что это были не вы, – ответил детектив, как будто повторяя скучный факт из программы средней школы, с лицом, бесстрастным, как настроечная таблица телевизора.

Снова раздался стук. Настойчивый. Минерва поставила бутылку. Ее пистолеты лежали на кровати. Она взяла один из них.

— Кто там? – спросила она фальцетом.

— Это Мика Шугру, Минерва.

Минерва почувствовала, как по груди растекается холод, и стиснула зубы, ожидая, пока это ощущение пройдет.

— Ты стоишь перед дверью? – спросила она.

— Нет.

— Почему? Думаешь, я попытаюсь застрелить тебя через дверь?