Книга Имя мне Гнев, страница 38 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— А ты так быстро от него не отмахивайся. Коломейцев приходил на разборки к Перелозову, – принялся рассуждать Юрий. – Даже угрожал ему расправой… А погиб почти одновременно с ним. Это явно неспроста. Знать бы еще, что его так расстроило накануне, что он побежал в исторический музей…

— Думаешь, Перелозов мог быть в числе ее поклонников?

— Почему тогда он упоминал Решетниковых? Мог просто набить морду Перелозову, и дело с концом.

— Верно, – согласился Андрей.

— Валерка за кем-то следил в последние дни, – вспомнил вдруг старик.

— С чего вы это взяли? – повернулся к нему Юрий.

— А я видел его пару раз. Идет к своей машине, на шее фотоаппарат висит, а сам в темных очках, в кожаной куртке. Ну прямо шпион! Знаете, как в фильмах показывают? Сидят в машине и фотографируют кого-то на расстоянии. Решил, видимо, сам расследованием пропажи заняться. Мы с соседями так и подумали. Но тут уже не от большой любви, а лишь бы от себя все подозрения отвести.

— А его фотоаппарат тоже кто-то стащил? – живо спросил Карамзин.

— Нет, сгорел подчистую. От него только лужица пластика осталась, я сам видел. У них аппаратуры много было: принтер, ноутбук, огромный телевизор. Все сгорело и растеклось лужами. Тут уж соседям поживиться ничем не удалось.

— Значит, и фотографии с камеры не посмотреть, – расстроенно бросил Андрей. – Если только он их в облако куда-нибудь не скидывал…

— А погодите! – Старик вдруг скрылся в своей квартире. – Минутку!

Через несколько секунд он вернулся, держа сложенный пополам лист бумаги.

— Я когда книги забирал, нашел это у книжного стеллажа, – пояснил дед, протягивая лист Карамзину. – Там на средней полке раньше принтер стоял, видать, из него и выпало, а Валерка не заметил. Со стеллажа все сброшено было, будто искали что-то. То ли сам Коломейцев постарался, то ли уже кто-то из соседей. Принтер погиб, конечно, но я эту фотографию сразу приметил под грудой книг, да и забрал себе. Сам не знаю зачем. Воняет, конечно, но мало ли… Может, вместо закладки в Валеркину книжку положу. На память.

Юрий развернул сложенную пополам фотографию и увидел на ней большой особняк. Снимок был сделан издалека. Дом огораживал высокий кирпичный забор, через который перебиралась какая-то темная размытая фигура. Будто кто-то лез во двор либо уже выбирался с территории. Снимок покрывали темные пятна, от него исходил сильный запах гари.

Юрий и Андрей переглянулись.

— А других фотографий там не было? – уточнил Чехлыстов.

— Нет, иначе я бы заметил, – ответил старик.

— Точно ведь за кем-то следил, – шепнул Андрей. – Но обычно при слежке фотографий много делают.

— Может, он и сделал, – кивнул Карамзин. – Только все остальные снимки сгорели. Или их забрал тот, кто сбросил книги с полок. Если так, то этот пожар не был случайным.

— Ого! – выпучил глаза старик. – Думаете, кто-то Валерку специально… того! Ради этих фотографий. Расскажу бабкам во дворе, они помрут!

— Мы ничего не думаем, – попытался его успокоить Карамзин. – И вам не советуем. Это всего лишь гипотеза.

Следователи поблагодарили соседа погибшего Коломейцева за помощь и, прихватив фотографию, начали спускаться вниз.

— Ага, так я вам и поверил! – крикнул им вдогонку старик. – Гипотеза! А если Валерку и правда грохнули, вы уж найдите убийцу. Нам тут три квартиры затопило. Хоть будет кому ущерб предъявить!