Книга Имя мне Месть, страница 63 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— Предупреждать надо! – стуча зубами от холода, пробормотала Алина.

— Кто же знал, что вы такие балбесы? – хмыкнула Вишнякова, разглядывая татуировки Бузулуцкого. – Надеюсь, соседей сейчас нет дома. А не то предъявят вам вторжение на чужую территорию, тогда точно на мою вечеринку не попадете!

Поздним вечером, когда Егор вернулся домой, отца еще не было. Видимо, встречался с Натальей или задержался на работе. В холодильнике стоял готовый ужин – картофельное пюре с котлетами, – оставалось только разогреть в микроволновке. Егор улыбнулся – отец позаботился, когда приезжал на обеденный перерыв.

Лучи заходящего солнца едва пробивались сквозь задернутые занавески, и в квартире стоял легкий полумрак. Раскрытая подшивка Вероники лежала на кухонном столе; похоже, отец перед уходом изучал записи. Взгляд Егора упал на одну из раскрытых страниц.

«Молнии… Гнев богов, перед которым с древних времен трепетали люди и прочие земные твари. Стихия, не подвластная никому. Стоит ли удивляться, что даже темная сила проклятой короны не может устоять перед ней. Удар молнии, этот страшный белый свет, способен в мгновение ока сбросить морок и уничтожить темное колдовство… Когда-нибудь это спасет чью-то жизнь».

Егор тут же вспомнил ужасную ночь в Белогорах: черную дымящуюся фигуру и то, как она изменилась при вспышке молнии. Видимо, речь в книге шла именно об этом. Но сейчас парню не хотелось забивать себе голову подобными вещами, его мысли были заняты совершенно другим. Егор взял со стола чистую ложку и сунул ее в подшивку вместо закладки, а затем закрыл красный фолиант и отнес его в гостиную, чтобы не заляпать едой. После этого поставил ужин в микроволновую печь.

С грядущей вечеринкой в доме Вишняковых все складывалось удачно. Галина при ребятах позвонила матери, и та милостиво позволила устроить праздник на следующий день. Ярослава с Натальей решили сходить в театр, так что дом на несколько часов полностью будет в распоряжении студентов.

Егор был этому очень рад. Он пользовался любым случаем, чтобы побыть с Дашей. Пока им отлично удавалось скрывать все от ее отца. Лишь самые близкие друзья были в курсе, что они по-прежнему встречаются, для других же это оставалось секретом. Егор знал это, потому что некоторые студенты универа пытались флиртовать с Дашей, не догадываясь о том, что у нее уже есть парень. Его это не беспокоило, ведь он был уверен, что Даша любит только его. И он платил ей тем же. Да и Владимир Решетников больше не вспоминал о Кукушкиных, а значит, ему было неизвестно об их отношениях.

Поужинав, Егор поставил грязные тарелки в мойку и хотел включить воду, когда в гостиной раздался протяжный скрип. Кукушкин замер, прислушиваясь. Будто дверь скрипнула, но в их гостиной не было дверей, которые могли бы издать подобный звук. Там даже шкафов не было, только книжные полки, мягкая мебель и телевизор.

Он прошел в гостиную и замер в дверном проеме. В комнате сгущалась вечерняя тьма. Шторы были задернуты, в гостиной не раздавалось ни звука. Егору вдруг показалось, что одна из штор шевельнулась. Он моргнул, вглядываясь в полумрак, но больше никакого движения не заметил.

Однако Егор вдруг почувствовал, что за ним наблюдают. Что он в комнате не один. По спине побежали мурашки. Парень сглотнул и сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с духом. Что на него нашло, почему ему мерещится всякое? В квартире никого, кроме него самого. Надо успокоиться и перестать психовать!