Книга Имя мне Месть, страница 123 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— Но дело в том, что я не слышал, чтобы у нас кто-то пропадал.

— Коллектив большой. Мало ли… Так что, готовы?

— Давайте, – собравшись с духом, кивнул Лестратов.

Полицейский откинул в сторону край серой простыни.

Гордей громко сглотнул. Покойница и правда выглядела жутко. В его памяти отпечаталась серая вздутая кожа, покрытая темными пятнами, потускневшие волосы и тот самый запах, от которого не спасает никакая вентиляция.

Но он мгновенно узнал погибшую. И застыл от изумления. Лежащая перед ним женщина точно умерла несколько дней назад. Но он же общался с ней в музее лишь сегодня утром! На холодном металлическом столе перед Гордеем лежала Эвелина Сергеевна Крылова.

В особняке Решетниковых стояла глубокая тишина. Лишь косой дождь долбил по оконным стеклам да снаружи раздавались рокочущие раскаты грома. Владимир был очень рад отсутствию домочадцев. Даже вездесущая экономка Эмма куда-то запропастилась, значит, никто ему не помешает.

Он пригласил Эвелину в свой рабочий кабинет и предложил ей удобное кожаное кресло. Женщина с интересом крутила головой, разглядывая дорогую мягкую мебель, застекленные шкафы с древними артефактами, хрустальную люстру, свисающую с потолка, и головы животных, развешанные по стенам.

— Где же все ваши близкие? – спросила женщина. – В доме так тихо.

— О, не стоит о них переживать. Я сам вполне смогу подать ужин, – с улыбкой пообещал Владимир. – Только схожу на кухню, посмотрю, что там сегодня приготовили. А пока могу предложить тебе что-нибудь выпить. Что предпочитаешь? И обращайся ко мне на «ты». Я чувствую себя таким старым, когда ты мне выкаешь.

— Хорошо. Только я вообще-то не пью, – призналась Эвелина.

— Но, может, ради меня сделаешь исключение?

— Ну ладно, – помявшись, кивнула она. – Ради вас… тебя… сделаю.

— А тишина пусть тебя не беспокоит. – Владимир поднял указательный палец вверх. – Здесь это такое редкое явление, что нужно наслаждаться каждой минутой.

Эвелина понимающе кивнула.

Владимир приблизился к большому бару у стены и начал выбирать вино.

— Это будет чудесный вечер, – шептал он. – Ты ни о чем не пожалеешь. Я столько времени пытался перевести наше знакомство на новый уровень… Скоро ты поймешь, каким я могу быть великодушным и благодарным.

— О, я уже понимаю, – раздалось вдруг за его спиной, причем гораздо ближе, чем он предполагал.

Владимир с удивлением обернулся, сжимая в руке бутылку дорогого вина.

Женщина стояла всего в паре шагов от него. Лицо Эвелины словно таяло в приглушенном свете люстры. Ее черты расплывались, стекая вниз по телу струйками черного дыма. Владимир еще подумал, что дым течет подобно тяжелому пару от сухого льда, который им показывали в школе на уроках химии. Пышные волосы Эвелины растворились в воздухе, и над головой женщины заблестели острые зубцы Венца Тьмы.

Владимир в ужасе наблюдал за происходящим.

— В чем дело, папочка? – насмешливо спросило ужасное существо мужским голосом. – Ты словно призрака увидел…

За большим окном ярко полыхнула белая вспышка молнии, и жуткий морок исчез, а в рассеивающейся тьме Владимир увидел стройную мужскую фигуру в черном, держащую в руке узкий старинный стилет.

Решетников выронил бутылку, и она с грохотом разбилась у его ног.

«Бежать! – взорвалось вдруг в его мозгу. – Немедленно!»