Книга Трон сломленных богов, страница 99 – Эмбер Николь

Он пожал плечами, и рана на его губе увеличилась.

— Нет.

— Отлично.

Я шагнула вперед, схватила его за шею и резко повернула. Его тело обмякло, глаза остекленели.

— Твой характер не становится лучше.

Я проворчала, провела руками по волосам и закрыла глаза, делая глубокие, размеренные вдохи. Реджи был прав. Я была раздражительнее, чем обычно, потому что теряла время. Я ничуть не приблизилась к Кадену. Он так и не появился, а у меня заканчивались люди, которых можно было убить. Мне нужен Тобиас. Если я найду Тобиаса, то найду и его.

— Похоже, что убийство Элайджи и остальных не принесло тебе радости.

— Ничто не приносит мне радости, Реджи.

Я опустила окровавленные руки и вздохнула.

— Самкиэль вернулся после посещения Совета вместе с леди Имоджин.

Я пнула стул, на котором лежало безжизненное тело Элайджи, и скрестила руки на груди.

— Мило. Кажется, они снова неразлучны.

– Ты любил ее?

– Я не любил ее, и она никогда не была для меня той, кем ты ее назвала.

Лжец.

— Ревность – тоже сильная эмоция. И она о многом говорит.

Из меня вырвалось тихое рычание, и я взглянула на Реджи.

— Я просто делаю то, что ты просила. Ты сказала мне смотреть в оба глаза. Я смотрю всеми шестью. Если тебе интересно, я знаю текущее местонахождение Руки Раширима.

Я опустила глаза.

— Нет. Они мне не нужны.

Прошло несколько дней с тех пор, как я вернулась из Раширима. Мы с Реджи видели, как Небожители уходили той ночью – серебряный луч света разрезал небо, а рядом с ним тянулась такая же синяя линия. Они были вместе.

— Надеюсь, у тебя есть план. Ты доведешь бога до отчаяния, и все закончится не так, как ты хочешь.

Я закатила глаза чуть сильнее обычного.

— Уверена, что Имоджин всеми силами помогает ему справиться с отчаянием.

Я почувствовала на себе взгляд Реджи.

— Если ты думаешь, что возвращение леди Имоджин заставит Самкиэля от тебя отказаться, ты глубоко ошибаешься. Ради тебя он вызвал клинок Забвения.

Я боролась с инстинктивной дрожью – перед глазами вновь появился лес, ноги свела острая, жгучая боль, в нос ударило зловоние зияющей ямы. Ирвикува потащили меня туда, желая вернуть к Кадену. Самкиэль рухнул на землю, облаченный в свои серебряные доспехи, – прославленный король явился, чтобы спасти меня. Грудь сжалась от боли, и я изо всех сил пыталась ее подавить.

— Откуда ты об этом узнал?

— Я вижу все, – сказал Реджи.

— Извращенец.

Он ничего не сказал, пока я вытирала руку о черные кожаные брюки.

— Развлеки меня, Реджи. Расскажи, как ты оказался запертым в том месте?

— Существовало пророчество о возрождении истинного космоса. О ребенке, рожденном от Небожителя и бога. Ему было предначертано править миром. Спасти мир.

— И это пророчество совершенно не касается некоего Губителя Мира, не так ли?

— Ты мыслишь верно.

— У нас достаточно времени, так что расскажи мне. – Я скрестила руки и кивнула. – Что произошло дальше?

— Младенец, который должен был править вместе с ним, был похищен и уничтожен.

Я пожала плечами.

— Самкиэль говорил, что у него нет аматы и что Вселенная была к нему жестока. Видимо, он не лгал.

— Вселенная действительно бывает жестокой.

Реджи склонил голову набок. В этом движении было нечто неожиданно смертное.

— Ты не согласна? После всего, что ты видела и потеряла.