Книга Трон сломленных богов, страница 365 – Эмбер Николь

Я бросил на нее яростный взгляд, прежде чем мои глаза устремились в дальний конец зала Совета. У меня чуть не разорвалось сердце. Я их не заметил, потому что не почувствовал.

Логан стоял с одной стороны, Имоджин – с другой. Оба глядели прямо перед собой, скрестив руки на груди. Они были в боевом снаряжении, готовые сражаться. Но меня встревожила не их одежда. Глядя им в глаза, я ощущал холодную пустоту. Ни единой искры магии.

— Что ты сделала? – угрожающе сорвалось с моих губ.

Элианна посмотрела на них и пожала плечами:

— Заклинание Эзалана, разумеется. Я всегда задавалась вопросом, почему боги больше его не используют и не отключают эти бесполезные эмоции.

Казалось, из моих легких исчез воздух.

— Как ты могла так с ними поступить? Ты же знаешь, что это за заклинание. Ты знаешь, что они сейчас чувствуют.

— Они не чувствуют ничего. Все, что они могут, – служить так, как им было предначертано с самого начала. Вы, Унир и остальные, хотели, чтобы у них были чувства, полностью игнорируя их природу. Они созданы для войны, Самкиэль, и они на нее отправятся.

— Я прикончу вас за это, всех вас, – выплюнул я.

Должно быть, в моем голосе было больше яда, чем я думал, потому что члены Совета позади Элианны отступили.

— Нет. К тому времени как мы закончим, ты уже не будешь представлять никакой угрозы, Самкиэль. Я знала, что мы не сможем победить тебя силой. Целые армии пытались и потерпели неудачу. Ты самый могущественный правитель из существующих. Рожденный из плоти сын Унира. – Элианна смотрела на символы на полу, медленно переходя с одной стороны на другую. – Тебе нравится? У нас не было возможности использовать эти руны на твоем отце. Мне не терпелось их попробовать.

— Ты, – я изо всех сил пытался подобрать слова, – вы все предали его. Почему?

Я пристально посмотрел на каждого члена Совета. Некоторые стойко встречали мой взгляд, а другие прятали глаза.

— Мы его не предавали. Мы никогда не были за него или за тебя. Ваш Совет умер вместе с Раширимом, и его заменила половина Ордена.

— Орден? – Я покачал головой. – Я никогда о нем не слышал.

— Конечно, нет. Орден появился задолго до тебя, но у нас нет времени на уроки истории.

Она махнула рукой, и Джерайя шагнул вперед.

Он развязал небольшой блестящий мешочек, и я почувствовал запах вулканического песка еще до того, как увидел содержимое.

— Зачем тебе песок, если я заперт здесь?

Элианна улыбнулась, сложив руки на груди.

— Это поможет удержать тебя внутри круга, поэтому, когда свет вырвется из твоего тела и ты умрешь, портал откроется в нужном нам месте. Вероятно, он разорвет даже небо. Кто знает?

Джерайя рассыпал песок по полу, двигаясь против часовой стрелки. Он вспыхнул, сверкая ярким фиолетовым светом, и пополз к символам. Я напряженно следил за Джерайей.

— Ты позволил сделать такое с Имоджин? Позволил ее забрать? – Мой голос разрывался от боли, как и я сам. – Почему?

— Ничего личного, – сказал он, отказываясь встречаться со мной взглядом.

— Ты ей нравился, – бросил я, взглянув на Имоджин. В ее взгляде не было ничего, кроме зияющей пустоты. – Почему ты причинил ей такую боль? У Элианны что-то есть на тебя?

Его глаза встретились с моими, в них не было ни грамма сожаления.

— Это для Ордена. Для нашего Короля. Имоджин не важна.