Книга Трон сломленных богов, страница 115 – Эмбер Николь

— Она любит тебя так же, как и ты ее. Это проблема для многих.

Я почувствовал, как что-то во мне сломалось, – моя грудь физически заболела от этих слов. Судьбы хоть и раздражали, но все же не умели лгать.

Рука Роккаррема взметнулась вверх, из кончиков его пальцев вырвалось туманное облако звезд. Оно парило над нашими головами, демонстрируя образы прошлого. Все мое существо сжалось, когда я узнал себя и Дианну. Мы были на фестивале. Услышав ее смех, даже искаженный и далекий, я едва не упал на колени. Боги, сколько времени прошло с тех пор, как я слышал этот звук? Мне хотелось бежать за ним.

Я смотрел, отчаянно желая увидеть ее лицо. В ее руке было это странное пушистое лакомство. Она повернулась и улыбнулась мне – прекрасная, яркая и полная жизни. Куртка, которую я ей дал, соскользнула с ее плеча. Сцена изменилась, и мы снова оказались в саду у Дрейка. Я протянул ей желтый цветок. Ее глаза расширились, удивляясь этому жесту, губы изогнулись в нежной улыбке. В ее глазах вспыхнули чувства – искра чего-то нежного, искреннего и бесконечно особенного. Почему я не замечал этого раньше?

— Это проблема и для нее. – Он слегка повернул запястье, и изображение изменилось. – Воспоминания резонируют с чувством вины.

Дианна закричала и разнесла здание на куски. Я вздрогнул. Боль, наполнившая этот крик, преследовала меня каждую ночь и подпитывала мои кошмары.

— Она считает, что ее чувства привели к кончине ее сестры, что любовь к тебе была слабостью.

Комната вернулась в нормальное состояние, и он сложил руки перед собой. Ксавье опустил оружие, и зал погрузился в гулкую, мрачную тишину. Мои руки дрожали. Я боролся с отчаянием и с болью – не только моей, но и ее.

— Какой у тебя план, Роккаррем?

— Когда она придет в город, впусти ее. Ты должен следовать по этому пути, чтобы все сработало.

— Сработало что? – прорычал я.

— Все, – сказал он.

Его белые, непрозрачные глаза распахнулись – по паре снизу и сверху обычных глаз.

— У тебя мало времени. – Он посмотрел на Ксавье позади меня. – У вас всех.

Эти слова! Неужели это Судьба шептала их мне на ухо?

Я сжал рукоять меча, все еще приставленного к его горлу.

— У меня нет ни времени, ни терпения на загадки и игры. Не сейчас и не когда дело касается ее. Где она?

Комната вибрировала от неудержимой энергии, требовавшей выхода. Искры силы, словно электрические разряды, бегали по моей коже

— Каден говорил с ней. Это создало еще один надлом в и без того поврежденной психике.

— Если он прикоснется к ней, я…

— Он это сделал, но не физически, и все же его слова резали острее любого клинка.

— Она ранена?

— Глубоко, но ты и сам это чувствуешь, не так ли? Ты заботишься не только о ее физическом благополучии, но и о психическом.

— Я знаю, что одиночество может сделать с израненным разумом и сердцем. Кроме того, я знаю, что Каден пойдет на все, чтобы еще сильнее отдалить ее от меня. Что он ей сказал?

Роккаррем кивнул, не обращая внимания на то, что лезвие впилось ему в горло.

— Дианна знает о плане твоего отца относительно помолвки.

Мой клинок дрогнул. Энергия корчилась и отчаянно сопротивлялась моему слабеющему контролю. Я не осознавал, что комната трясется, пока не заметил, как Ксавье отчаянно пытается удержать лежащие на столе бумаги.