Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 315 – Эмбер Николь

Комната изменилась, и я тоже, мои руки бессильно повисли. Я устала от этой игры, устала от него. Клянусь старыми богами и новыми, я больше не была той напуганной девочкой, которая сдерживалась, – я была королевой, рожденной из тьмы, пламени и гнева.

— А теперь я разорву вас обоих на части за то, что вы сделали, и когда вы очнетесь на том свете, надеюсь, корчась в агонии, ты наконец поймешь, что я не испытываю к тебе ни капли любви.

На губах Кадена появилась тень улыбки.

— Неважно. Ты будешь моей. Я учил тебя сражаться, чтобы выжить. Ты не обучена военному делу.

— Учил, – согласилась я, шире расставив ноги. – Но я многое узнала с тех пор, как ушла от тебя. – Я надеялась, что в моих глазах горело столько же ненависти, сколько я чувствовала. – Только один из нас покинет это место. И это буду я.

— Ты всегда любила мечтать, – Каден подбросил клинок, прежде чем вложить его обратно в ножны.

Я знала, что Каден почувствовал, что я собираюсь сделать, и увидела, как он посмотрел на Исайю. Я ухмыльнулась и бросила в него огненный шар. Он увернулся, отступив в сторону, и следующий шар полетел в Исайю. Он пригнулся, и стена позади него взорвалась.

Из моих пальцев выскользнули когти, и я издала победный рев, когда мой зверь вырвался на поверхность. Каден и Исайя также изменили облик в одно мгновение. Здание рухнуло, когда мы взмыли в небо, оскалив зубы, расправив крылья и охваченные безудержной ненавистью. Небо озарилось пламенем и пеплом, земля задрожала под тяжестью нашей ярости.

Это нормально. Все в порядке. Я повторял себе эти слова, натирая толстый ободок кольца на пальце. Возможно, именно потеря ее души вызвала у меня такую чрезмерную опеку. Или, может быть, с ней я всегда был таким. Я ненавидел разлучаться с Дианной даже на короткое время. Казалось, в эти моменты всегда происходит что-то ужасное. Я вздохнул и сжал кольцо, закрыв глаза и проведя по нему большим и указательным пальцами. На этот раз прошло больше пяти минут с тех пор, как я попытался связаться с ней. Мне просто нужно было услышать ее голос в своей голове, и тогда я буду в порядке… по крайней мере, на следующие пять минут.

Я потянулся к ее мыслям, но наткнулся на глухую стену. Я резко открыл глаза, кровь застыла в жилах. Там ничего не было. Ни искры, ни покалывания. Ни тепла. Она сняла кольцо. Мое сердце бешено колотилось, меня охватил ужас. Я знал, что есть только одна причина, по которой она могла так поступить. Это означало, что она в опасности и думает, что так защитит меня.

Чертовски упрямая женщина.

— Роккаррем! – взревел я, и он тут же появился в комнате. Я уже был на ногах.

— Да, мой…

Его слова потонули в звоне разбитого стекла и треске ломающегося дерева. В комнате вылетели окна, и мы оба посмотрели вниз, на маленькие устройства, появившиеся на полу. Они издали один звуковой сигнал, а затем взорвались, окутав нас облаком пронзительного белого шума и темно-серого дыма.

Когда я сел, в ушах звенело, грудь тяжело вздымалась. Я закашлялся, пытаясь прочистить легкие, и потер глаза. Зрение прояснилось, и мир снова обрел четкость. Слух вернулся, когда мои уши зажили, и первое, что я отчетливо услышал, были крики. Я оттолкнул от себя большую деревянную балку и начал сдвигать камни, пытаясь себя выкопать.