Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 142 – Эмбер Николь

Дианна повернула руку, продолжая эту медленную сладкую пытку. Я был готов взорваться в любую секунду. Она владела моим разумом, телом, моей чертовой душой. Она посмотрела мне в глаза и улыбнулась, оценивая мою реакцию. Что ж, я не виноват в том, что все, что она делает, – так чертовски хорошо. Мои бедра дернулись вверх.

— Ты невероятный. – Она лизнула мой подбородок, прежде чем легонько его прикусить. – Это для меня?

— Да, акрай. Для тебя. – Я кивнул, когда она усилила хватку. – Все, чем я являюсь, принадлежит тебе.

Она коварно улыбнулась, бросила короткий взгляд на дверь камеры, прежде чем опуститься ниже.

Я приподнялся, опираясь на локти.

— Что ты делаешь? – прошипел я. – Кто-то может увидеть.

Я был готов сровнять с землей каждого, кто увидит ее в таком положении. Она улыбнулась мне и откинула волосы на спину, голод в ее глазах практически довел меня до черты.

— Тогда нам лучше все завершить как можно быстрее.

Дианна облизнула губы. Она стянула с меня брюки. Я не смог сдержать стон.

— Черт, детка.

Я схватил ее за волосы, направляя ее голову.

— Ты богиня, акрай.

От одного этого зрелища я напрягся, и я ощутил нарастающую волну удовольствия. Я знал, что нахожусь в нескольких секундах от финиша. Еще одно движение, и я взорвался.

Дианна почувствовала первый импульс и замерла. Не в силах остановиться, я поднял бедра, продолжая движение. Сжав ее затылок, я погрузился в ослепляющее удовольствие. Мое тело сотрясалось, остаточные волны разрядки накрывали меня снова и снова. Я приподнялся на локтях, тяжело дыша, моя голова со стоном откинулась назад.

Боги, я бы умер за эту женщину.

Я отправил в рот еще одну ложку каши и ссутулился, стараясь казаться меньше. После драки я хотел привлекать как можно меньше внимания. Мужчина справа от нас закричал и перегнулся через стол, ударив другого заключенного по лицу. Надзиратели тут же бросились вперед и их разняли. Они нередко вымещали свой гнев на арестантах – так случилось и сейчас, пока остальные присутствующие изо всех сил старались не обращать внимания и заниматься своими делами. Никто не хотел повторения того, что недавно случилось. Некоторые все еще были в синяках и царапинах, а другие боялись даже выйти из своих камер.

— Я все еще думаю, что это пустая трата времени, – сказал Орим.

— Мы не можем бросить их здесь, – сказал я, с усилием проглотив ложку каши.

— Не могу поверить, что ты это говоришь.

— А я – могу, – отрезал я.

Как и по пути в тюрьму, после произошедшего другие заключенные начали подсаживаться к нам. Охранники все еще бушевали из-за драки – думаю, пленники решили, что я смогу их защитить. Во время погрома я постарался спасти как можно больше людей, поддержавших бунт. Я просто не хотел, чтобы кто-то погиб в процессе, – именно поэтому наш стол теперь был полон народа.

Они переговаривались между собой, не обращая на Орима и на меня никакого внимания, как мы им и велели. Дианна разработала новый план, и, боги, за это я ее и любил. Изучив карту, которую она принесла вчера вечером, мы узнали, что эта тюрьма была скорее зоной временного содержания с весьма ограниченной вместимостью. Здесь находились только те пленники, которых Нисмера действительно хотела оставить в живых – то есть мы. Остальные были убиты в день прибытия, а затем выброшены за пределы замка, на корм существам, обитавшим в этих горах.