Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 126 – Эмбер Николь

Мы с Самкиэлем обменялись взглядами – тысяча и одно воспоминание промелькнули в наших глазах, и я мягко погладила его по бедру.

— Если честно, раньше мы друг друга ненавидели.

— О? – удивился Орим.

— Да, – ответил Самкиэль, – она несколько раз пыталась меня убить.

Я кивнула.

— Это правда.

— А теперь я не могу от нее избавиться. Иногда это раздражает.

Я хлопнула его по плечу.

— А вот это уже вранье! – возмутилась я, и Самкиэль рассмеялся.

Орим ничего не сказал, но я заметила тоску в его глазах, когда он наблюдал за улыбающимся Самкиэлем. Я знала этот взгляд, знала потерю и боль, которые в нем скрывались. Казалось, что нас преследовали одни и те же демоны.

— Кого ты потерял? – спросил я, чувствуя, как напрягся стоявший рядом Самкиэль.

Орим встретился со мной глазами и выдавил неестественную улыбку, что лишь подтвердило мое предположение.

— Это неважно. Важно то, что я не уверен, сможет ли Верука отправлять мне сообщения, пока я здесь.

— Мы что-нибудь придумаем.

Орим кивнул.

— Еще один вопрос, на который нужно ответить.

С этими словами он откинулся на спинку своей койки. Я встала и потянулась, направляясь к выходу из камеры. Я как раз дошла до двери, когда Самкиэль схватил меня за локоть.

— Куда ты идешь?

— Хочу повнимательнее изучить это место, пока все спят.

Самкиэль посмотрел на меня так, словно я сказала самую глупую вещь во Вселенной. Он потянул меня к своей половине тесной пещеры.

— Ни в коем случае. Ты можешь изучить все завтра днем. Я не спал рядом с тобой уже несколько недель и отказываюсь ждать даже один день.

Я не смогла скрыть улыбку.

— Неугомонный.

Самкиэль развернул спальный мешок, который им выдали. Проигнорировав койку, он расстелил его прямо на полу и встряхнул одеяло, которое явно знавало лучшие дни.

— Согласен, – сказал он приглашая меня на наше импровизированное ложе.

Мы устроились рядом, моя спина прижималась к его груди, а его рука заменяла мне подушку. Из-за его широкой спины меня даже не было видно – если кто-то зайдет, меня не заметят.

— Я уйду, прежде чем они начнут утренний обход.

— Мм-хм.

Самкиэль положил другую руку мне на грудь и крепко прижал меня к себе, просунув колено между моих бедер. Устроившись головой на моем затылке, он глубоко вдохнул. Боги, не прошло и минуты, как он уснул. Я наслаждалась ощущением того, что окружена им, его прикосновения и звук его дыхания успокаивали мои истерзанные нервы. Но как бы чудесно это ни было, я все еще го– лодала.

Я дождалась, пока Самкиэль и Орим уснут, а затем медленно высвободилась из его объятий. Мой желудок ныл и урчал – Иг'Моррутен умолял, чтобы его накормили. Я молча выскользнула из камеры и отправилась на охоту. По ночам охранники выпускали своих зверей побродить, и я быстро схватила одного из них, наконец заполнив ноющую пустоту в своем желудке. После этого я нашла небольшую трещину в стене катакомб, из которой текла свежая горная вода, и смыла кровь с лица и рук.

Я вернулась к Самкиэлю как раз в тот момент, когда он заворочался. Снова нырнув в его руки, я обняла его с глубоким вздохом. Король-бог снова расслабился, еще глубже погрузившись в сон, – на этот раз я последовала его примеру. Ночью мне приснился мужчина с оранжевыми глазами, зовущий меня к себе.

С момента нашего прибытия прошло два дня – за это время я окончательно убедилась, что эта тюрьма совсем не похожа на тюрьмы в нашем мире. Здесь заключенных оставляли гнить и умирать в ожидании прибытия Нисмеры. Охранники следили за тем, чтобы их кормили, и заставляли пленников раз в день принимать холодный душ – вероятно, чтобы свести к минимуму вонь. В остальном никого по-настоящему не волновало, что с ними происходит.