Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 100 – Эмбер Николь

— Что ты сделал с Клуверном? – почти прокричал Нивен.

Улыбка, появившаяся на лице Исайи, напугала меня гораздо больше, чем то, что эти солдаты собирались со мной сделать.

— О, с ним? – усмехнулся Исайя. – Вот это.

В одно мгновение он оказался на другом конце комнаты, его клыки вонзились в горло орка-генерала. Он жадно пил кровь, прежде чем уронить на пол бездыханное пустое тело, словно это был просто мусор. Остальные солдаты в панике пытались сбежать из комнаты. Исайя схватил один из валявшихся на полу длинных мечей и бросил его в дверь. Лезвие пронзило дерево, лишив бегущих солдат возможности выйти. Комната наполнилась дикими криками. Я не могла повернуть голову, чтобы рассмотреть происходящее, – я видела лишь летающие по комнате конечности и пятна крови на стене, полу и потолке. Раздался омерзительный хруст, и я могла только догадываться, что могло издавать этот влажный, невыносимый звук.

Джерайя умолял о пощаде, и мое сердце бешено забилось.

— Это не то, что ты…

Исайя зарычал, низко и дико.

— Давай, солги перед смертью. Думаешь, после этого старые боги тебя примут?

Послышался сдавленный всхлип, словно Джерайя задыхался.

— Почему тебя это так волнует?

— Мне не нравится, когда трогают то, что принадлежит мне.

Принадлежит ему? У меня закружилась голова, страх парализовал мое и без того неподвижное тело. Крик Джерайи затих, и хуже всего было то, что я не видела, что произошло. Стало ужасно тихо, а затем я услышала хлюпанье сапог, шагающих по лужам крови.

Исайя остановился передо мной, но я видела только его нагрудную пластину. Прохладные пальцы коснулись моего подбородка, приподняв его так, чтобы я могла посмотреть в его бешеные темно-красные глаза. Они были так похожи на глаза Дианны и в то же время так сильно от них отличались. Его лицо было измазано кровью, и хотя это должно было вызвать у меня тошноту, алые брызги только подчеркивали его сильный точеный подбородок и темные брови, делая его взгляд еще более потусторонним.

Он был так похож на своих братьев. Тот же нос, те же пронзительные глаза и прежде всего та же красота. Эмоции захлестнули меня тяжелой волной, и мое сердце замерло впервые с тех пор, как я потеряла контроль над телом. Он нежно откинул волосы с моего лица. Мне хотелось смеяться. Он был таким противоречивым, в мгновение ока переходя от чистой жестокости к почти трогательной нежности. Минуту назад он превратил стражников и Джерайю в груду бездыханных тел, а теперь касался меня так, будто я была сделана из стекла.

— Что в тебе такого, что так меня очаровало? – спросил он пустую оболочку, в которую я превратилась.

Он молча смотрел на меня несколько секунд, прежде чем покачать головой.

— Нам нужно тебя помыть.

Он повернулся и выдернул длинный меч из двери. Отбросив его в сторону, он посмотрел на меня, и с его губ сорвалось то проклятое слово, которое было ключом к моему телу. Мысленно я кричала, боролась и сопротивлялась, но моя внешняя оболочка послушно последовала за ним прочь из залитой кровью комнаты.

— Ты что, с ума сошел? – выпалил Каден, пока Исайя смывал с себя следы побоища.

В центре просторной ванной комнаты Исайи располагался душ, стены которого были выполнены из стекла – казалось, оно никогда не запотевало, давая мне во всех подробностях рассмотреть то, чем его благословила природа. Я злилась, что не могу двигаться, злилась, что не могу отвернуться, но больше всего злилась из-за того, что такое идеальное тело было потрачено на такую ужасную душу.