Книга Кровь Тала, страница 111 – Софья Шиманская

А высказать он хотел многое. Слишком долго Луций варился в своих мыслях, чтобы сейчас приехать в лагерь, смириться с отсутствием Орхо и просто его подождать. Подождать, как же. Луций резко развернул кобылу и направил ее к восходящему солнцу. Нетерпение гнало его вперед, словно просоленный хлыст. Нетерпение и трижды перебродившая за время дороги злость.

Лошадь шла певучим галопом, ее копыта четко отбивали ритм по твердой, промерзшей земле. Солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы рассеянно озарить унылый пейзаж. Луций похлопал кобылу по шее, замедляя ход. Уже близко. Легкий ветер трепал края его халата, бился в лицо слабым запахом сырости.

Он въехал на пригорок и остановился. Внизу, на сером лугу, рассыпались мелкие человеческие фигурки. Мужчины и женщины в плотных шерстяных кафтанах склонялись над густыми зарослями ковыля, ловко собирали серебристые и черные стебли и вязали в снопы. Луцию приходилось видеть жатву и раньше – хлеб, рожь, стога золотистой соломы. Но ковыль? В начале зимы? Это выглядело абсурдно. Впрочем, куда удивительнее было обнаружить среди жнецов знакомую фигуру в пропаленном изумрудном халате. Растрепанный и серьезный Орхо трудился вместе с крестьянами – присев на корточки, он перебирал обрезанные стебли, разделяя их по цвету и оценивая на просвет. Казалось, само это занятие не слишком его увлекало. Его руки двигались механически, как бывало в Эдесе, когда он вырезал из дерева фигурки, усыпая весь пол колючей стружкой. Мыслями он явно был не здесь.

Лошадь дернула головой, и Луций, очнувшись, сжал коленями ее бока, переходя на рысь, и скоро приблизился к Орхо. Стоило ему спешиться, как тот, не оборачиваясь, на ходу поймал его ладонь.

— Привяжи коня и не топчи мой ковыль, он стоит денег.

— Ты не примешь условия Зена!

Нервный голос Даллаха прокатился по полю эхом, перепугав крестьян. Они суеверно замахали руками и поспешили к стоящим поодаль телегам. Луций огляделся. Он и Орхо стояли посреди поля одни. Может, стоило все-таки подождать в лагере или, по крайней мере, не начинать этот разговор при посторонних. Впрочем, думать было поздно.

— Да, хозяин, – Орхо встал и насмешливо поклонился, касаясь лбом руки Луция, – еще будут указания?

— Не ерничай, – Луций перешел на эдесский, понизив голос, – я не для того возился с этим проклятым зимником, чтобы удовлетворять прихоти оборзевшего бабья! Пять дней пути до Йорда, Орхо. От Кильдигера будет недели три. Пыльный Яр превратится в богатейшее государство севера. Ты правда позволишь Зену присосаться к этому? Ты нарушил договор – они отозвали привилегии. Это было в рамках дипломатии. Но их требования сейчас – чистый разбой.

— Да неужели? – Орхо развел руками. – А я-то думал сделать им подарок.

— Если мы будем платить им пошлину за торговлю на нашей собственной земле, они войдут во вкус и больше мы не поднимемся никогда.

— Я в курсе. Если ты, Эдера, думаешь, что я не хотел бы продать этих ведьм в самый дешевый бордель Эдеса, ты плохо меня знаешь.

— Как же. Скорее ты хочешь спалить их дотла.

— Ладно, ты хорошо меня знаешь. – Раздражение Орхо проскальзывало сквозь снисходительность. Его можно было ощутить, как дрожь воздуха над костром. – Дальше что?

— Дай им отпор!

Сноп ковыля в руках Орхо вспыхнул. Ветер понес по степи вихры густого черно-белого дыма. От его запаха сознание Луция затрещало как натянутая ткань. Он бил сразу в затылок и будто превращал мозг в кашу. Луций закашлялся.