Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 132 – Александр Галиновский

Дело не ограничилось пыткой огнем. Один из извергов как раз заканчивал наносить удары огромной бараньей костью. Предварительно он ее хорошенько обглодал и, по-видимому, остался доволен, хотя в следующее мгновение нанес первый удар. Взметнулись обрывки сухожилий, и толстый конец кости обрушился несчастному толстяку на голову.

Его били, резали, кожу протыкали, а волосы сжигали. Все это время Рашка находился за окном. Он висел между темным, лишенным луны и звезд, небом и угольно-черным каналом внизу. Обе его руки лежали на узкой каменной полке снаружи, ноги с острыми когтями на концах впивались в неровности стены.

Усталости он не чувствовал и мог находиться в таком положении сколько угодно, разве что… Зрелище за окном начало его утомлять.

В глади канала ничего не отражалось. С такого расстояния он напоминал трещину в земной коре, бездонный провал. Уже неоднократно Рашка ловил себя на мысли, что смотрит вниз и думает, что назначение этой водной артерии в точности отражает характер города: с помощью канала обитатели Завораша избавлялись от всего неудобного.

Поступят ли таким же образом эти двое?

Отправится тело несчастного в канал или так и останется привязанным к креслу, где его найдут много дней спустя? Или же палачи сделают последнюю милость и бросят тело не в грязную воду городских стоков, а в бассейн, где оно омоется в последний раз? Так или иначе Рашка не сомневался, что через дверь выйдут лишь двое и среди них не будет человека, который сейчас сидит в кресле…

Мужчина в очередной раз помотал головой: жест, понятный без слов. Отрицание, несогласие, отказ. Обычно за этим следовал удар. Так случилось и на этот раз. Один из мучителей быстро ткнул жертву в нос раскрытой ладонью.

Резко запрокинувшись, голова мужчины безвольно упала на грудь. Уже во второй раз за вечер он потерял сознание.

Наверняка пытки продолжались бы и дальше, но палачи решили взять паузу. Хотя Рашка не мог видеть их лиц, он хорошо угадывал их движения. Очевидно, не получив нужных сведений, эти двое решали, как поступить с несчастным. По сути в этот момент обсуждалось не то, жить или умереть этому человеку, а сколько еще ему предстоит жить и страдать.

После обмена краткими репликами оба направились в дальнюю часть комнаты. Им пришло в голову поискать среди вещей? Ведь то, за чем они явились, вполне можно найти, просто перевернув все в апартаментах вверх дном. При условии, конечно, что это «нечто» действительно поблизости…

Все это время паук наблюдал за узником. Когда тот пошевелился впервые, Рашка не придал этому значения, однако затем мужчина открыл глаза… Даже с такого расстояния было видно, что это не глаза подавленного, сломленного человека. В них застыла решимость. На войне Рашка не единожды встречал такой взгляд. Первым делом человек расслабил лодыжки. Веревки соскользнули с его ног практически беспрепятственно. Трудно было представить, что такое вообще возможно, но этот пухлый, с виду неуклюжий мужчина оказался достаточно проворным.

Стоило увидеть то, как он выгнул спину, подныривая под опоясывающие грудь веревки. Пожалуй, на подобное способен лишь какой-нибудь циркач, да и то не всякому акробату по силам так изгибать собственное тело. Раны, судя по всему, совсем не беспокоили узника.