Книга Невероятные создания, страница 31 – Кэтрин Ранделл

— Можно мы переночуем здесь, на судне? Нам не нужны кровати – мы могли бы устроиться прямо здесь, – сказал Кристофер, указывая на свободный кусок палубы рядом с кучей свернутых канатов. Что-то подсказывало ему, что Мэл уснет и на склоне горы. – А завтра вы нас высадите где захотите.

Мальчик слишком устал. Он и так забрался слишком далеко: сначала пересек половину известного ему мира, а теперь направлялся вглубь неизвестного.

— Нет, – отрезал мужчина. – Вы привлечете внимание властей, грифон в особенности. А я не люблю людей в мундирах. – Он покачал головой. – Высажу вас на ближайшей скале. Будете ждать на ней другую лодку.

— Пожалуйста, – сказала Мэл, умоляюще глядя на мужчину. – Ради Бессмертья, позвольте нам остаться!

Что-то в ее словах заставило мужчину вздрогнуть. По лбу, щекам и выпирающей челюсти словно пробежала рябь.

— Следовало бы выбросить вас за борт на растерзание нереидам. Но сегодня – только сегодня! – спите на палубе.

Он спустился в каюту.

Кристофер и Мэл одновременно выдохнули.

— Похоже, пока мы в безопасности, – сказал мальчик. – По крайней мере на одну ночь.

— Не знаю, – ответила девочка. – Вдруг он захочет нас съесть?

Она сказала это громче, чем собиралась, и мужчина, вернувшийся с охапкой одеял, услышал ее слова.

— Я не ем детей, – усмехнулся он. – Они безвкусные. Держите. – Он кинул им одеяла, а потом протянул по сухарю с корицей и имбирем. – Это последние, так что даже не просите дать вам еще. И не вздумайте будить меня ночью.

Моряки, насколько знал Кристофер, неохотно делятся припасами, так что этот поступок многое значил.

Мэл набралась смелости и посмотрела мужчине прямо в глаза.

— Спасибо, – сказала она.

Он вздохнул:

— Меня зовут Фиденс Найтхэнд. Лучше просто Найтхэнд, я не откликаюсь на имя. А вас? – Они представились, и он кивнул. – Остальные члены экипажа – Уоррен и Рэтвин. Будьте с ними вежливы, иначе Рэтвин покусает вас ночью.

Уоррен, мужчина с отверткой, уже закрыл рот и вовсю работал. Больше на палубе никого не было видно.

Мэл и Кристофер даже не стали умываться. Они просто легли на палубе и накрылись одеялами. Гелифен уткнулся в подбородок девочке. Она что-то шепнула ему на ухо, так тихо, что Кристофер ничего не расслышал. Гелифен издал тихий писк, и от него начал исходить сильный жар, как от радиатора.

Через несколько мгновений Мэл прошептала:

— Ты жалеешь, что пошел со мной? Злишься?

Кристофер посмотрел на небо. Звезды были такими яркими, что при их свете можно было читать. Мальчик все еще был голоден, его одежда не до конца просохла, а тело ныло от усталости. Но он видел единорогов и почувствовал прикосновение их теплых губ к своей ладони.

— Нет. Не жалею.

По правде говоря, то, что он ощущал, было полной противоположностью сожалению.

— Хорошо.

Вымотанная до предела, Мэл почти мгновенно заснула, ее дыхание стало медленным и ритмичным. Кристофер же некоторое время лежал, глядя в ночное небо. Высоко над головой пролетело что-то огромное, с широкими крыльями. Его силуэт был хорошо виден на фоне луны.

Мэл вскрикнула во сне. Он повернулся к ней, но девочка не проснулась.

Последним воспоминанием Кристофера было то, что на него с любопытством уставилось какое-то существо – большое, зеленое, с коротким рогом, покрытым мехом. После этого он окончательно провалился в глубокий беспокойный сон.