Книга Дыхание дракона, страница 85 – Фонда Ли, Шеннон Ли

Чанг тихо промолвил:

— Мне жаль это слышать.

— Но это вы его тренировали?

— Я обучал многих. По пути в столицу ты имел возможность встретиться в бою с моими учениками. Я берусь заниматься только с теми, в ком чувствую мощное Дыхание и большой потенциал, а также тех, у кого есть задатки лидера. Тех, кто может претендовать на звание Хранителя. Некоторые из них состоят в Обществе безмолвной флейты, и любой может скрываться под маской анонимного бойца.

Голова Джуна буквально разрывалась от новой информации, душу переполняли эмоции, и разговор с Чангом ничуть ему не помог. Тут его взгляд упал на футляр с флейтой, лежавший на своем обычном месте рядом с кроватью.

— Один из тех, кто болел сегодня за Человека-невидимку, сказал: «Флейта Зану вновь заиграет». Что это значит?

— Зану в свое время был знаменитым флейтистом при дворе императора. Во время восстания Добродетельных он принял сторону повстанцев, сочиняя и исполняя песни, которые вдохновляли людей на борьбу. Когда страна была разделена, он воспринял решение Совета как предательство и в знак протеста убрал свою флейту и поклялся, что не будет больше играть, пока не рухнет Змеиная Стена и люди на Востоке и Западе не воссоединятся со своими семьями. Отсюда и название – Общество безмолвной флейты. – Неподвижный взгляд Чанга завораживал. – Зану был моим учителем.

Джун тяжело опустился на край кровати.

— Завтра или послезавтра я буду сражаться с Человеком-невидимкой, – растерянно пробормотал он. – Почему вы не предупредили, что на арене мне придется сойтись с другим вашим учеником?

— А зачем? – Чанг протянул руку и толкнул юношу в грудь. – Это ведь ты спрятался в нашей повозке, чтобы добраться до Сичэна. Конечно, я мог отказаться тренировать тебя, чтобы ты не стал соперником Человека-невидимки. Но кем бы он ни был, он был моим учеником до тебя. Ни один учитель не может принести своему ученику победу на блюдечке. Я никогда не открывал школу, не претендовал на титул мастера и не придерживался какого-то стиля, потому что в свое время очень на этом обжегся. Я не в силах решить исход состязания или сделать кого-то Хранителем. Я могу лишь показать людям, как использовать их собственное Дыхание. А как они распорядятся даром и умением, зависит от них самих.

Чанг лег на спину, закрыл глаза и начал медленными круговыми движениями массировать виски, как бы вытесняя головную боль из черепа.

— Если бы ты знал, как мне хочется видеть твое выступление на арене! Твое и Человека-невидимки, а еще выступление твоего бывшего однокашника из Чхона – нового друга Рен. Я буду счастлив видеть любого из вас в роли Хранителя вместо того, что уготовано нам сейчас.

Он снова накрыл лицо салфеткой.

Джун задумался: «Насколько важно, что Чанг в свое время лгал мне или, вернее, не говорил всей правды? А хотел ли я знать эту правду? Ведь в тот момент я просто мечтал добраться до Сичэна».

Растерянность и недовольство собой не могли отменить глубокой озабоченности Джуна состоянием сифу. Больно было смотреть, каким беспомощным и слабым он стал, приехав в Сичэн. Куда делся полный энергии и оптимизма человек, с которым Джун путешествовал последний месяц?

— Прошу тебя, впредь будь очень осторожен. – Сквозь ткань салфетки голос Чанга звучал приглушенно. – Не только на арене, но и за ее пределами. Наступают опасные времена. Я чувствую, как Дыхание Дракона стало в этом городе ледяным. Победим мы или проиграем, нам от него не спрятаться.