Книга Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло!, страница 48 – Дарина Ромм

— Милославич, твоя очередь. Быстро сюда!

Я встала, расправила плечи и павушкой поплыла к столу, за которым сидела целительница со своими инструментами. Правда, через пару шагов не удержалась и оглянулась на Элоди. Подмигнула и послала воздушный поцелуйчик. Ох, дурно влияет на мой характер вселение в чужое тело! Будь я прежней Полиной, только жалко улыбалась бы в ответ на оскорбления. Мне даже в голову не пришло бы отомстить.

— Поторопись, Милославич! — прикрикнула Шнобель, и я шустро плюхнулась на стул между ней и целительницей.

— Что надо делать? — поинтересовалась жизнерадостно.

— Закрой рот и положи правую руку на столешницу, — велела мэтра, а целительница молчком взяла со стола зелёненького цвета палочку, похожую на школьную указку, только короткую.

Прикоснулась острием к моему запястью, и на нём тут же проступил рисунок – миниатюрный зелёный дракончик. Через секунду изображение исчезло, словно впиталось в кожу. Женщина взяла другую палочку, теперь красную, и снова прикоснулась к запястью. В этот раз дракончик получился красным и тоже исчез через секунду-другую. Третья палочка была темно-стального цвета, и новый рисунок вышел стального цвета…

В общем, через минуту на моём запястье спряталось семь дракончиков разных цветов, от светло-серого до чёрного.

— Зачем так много? Одной метки для идентификации недостаточно? — спросила я шёпотом у целительницы, трогая запястье – от всех этих процедур кожу начало щипать и покалывать.

Женщина ничего не ответила. Открыла толстую книгу, лежащую на краю стола, и начала что-то в ней писать. Зато ответила Шнобель:

— Ты заявлена на семь смотрин, Милославич, по числу господ драконов, для которых Артефакт тебя выбрал. У каждого из них есть ключ к метке на твоей руке. Она вспыхнет, когда он будет рядом, указав дракону на избранную. Иначе как он найдёт вас в толпе? Понятно?

— Что тут непонятного? Семь смотрин – семь меток! — пробормотала я уныло. Семь! Мать честная, у меня будет семь смотрин…

— Тогда иди на своё место, если всё понятно.

— А какой цвет дракона у короля? — не удержалась я от нового вопроса, продолжая рассматривать своё запястье.

— У Его Величества белый дракон. Но он никому не ставит свою метку, потому что будет выбирать из всех вас, — надменно произнесла Шнобель и повысила голос: — Хватит глупых вопросов, Милославич! Быстро на место! Для нанесения меток приглашается воспитанница Марник.

Едва передвигая ногами, я поплелась к своему стулу. Почти не обратила внимания на толчок в плечо – это Элоди двинула меня, проходя мимо, – и плюхнулась на свой стул.

Итак, некрасавица Аполлинария Милославич и семь драконов… Почти Белоснежка и семь гномов. Ой, нет, восемь гномов – у нас же ещё Его Величество имеется!

Какая-то неправильная сказка получается… Может, придёт какой-нибудь волшебник и спасёт меня от этого беспредела, а?

33

Слегка подавшись к Женезин, я прошептала:

— Скажи, что Элоди имела в виду, когда назвала меня брошенным щенком?

— Не обращай внимания, Аполлинария! Мы здесь все одинаковые, все сироты. И неважно, как пришли к этому положению, — ответила Женезин с досадой.

— Ну не скажи! Сиротство тоже бывает разным и оставляет разные шрамы на сердце. — Покачала я головой, ощущая мгновенно подкатившую к горлу тоску по родителям. Пять лет прошло после их гибели, а больно до сих пор. Шёпотом взмолилась: — Женезин, расскажи в двух словах, пока мэтра директриса на нас не смотрит. Ну пожалуйста, я вообще ничего не помню об этом!