Книга Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло!, страница 132 – Дарина Ромм

В общем, так это или нет, уже не узнаешь – Доротея что-то с собой сотворила и после первого же допроса просто развеялась. Туда ей и дорога, если честно! Я до сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю, как она дубасила меня на чердаке концертного зала!

У Трюфлешнабель же оказалась стерта часть памяти – исчезло все, что касалось ее дел с Доротеей. Похоже, это науф постаралась, и ни подтвердить, ни опровергнуть слова Лукрелии уже не было возможности. Без железных доказательств Нарр не решился наказывать мачеху. Только припугнул как следует и выселил в дальнее крыло дворца.

Сейчас королева ведёт себя тише снежинки на подоконнике. Все силы отдаёт пансиону и поиску супруги для Саргана. От меня старается держаться подальше, при наших редких встречах называет не иначе как «доченька», иногда добавляет «любимая». Правда при этом слегка морщится, но ладно, я не привередливая. Главное, чтобы она помнила: «Мама, вас здесь не стояло!».

С Сарганом мы стали добрыми друзьями. За его покушение на меня зла я, конечно же, не держала. Он ведь совершенно не виноват! Его темную магию закупорили, и сейчас он был тем же милым немного рассеянным братом короля, которого я знала.

А буквально вчера на связь с нами вышла Марша и принесла две новости. Первая была про моих петушков. Повздыхав и помявшись, старший офицер Федерации призналась:

— Не положено, конечно, гражданским такие вещи рассказывать… Но ладно, тебе Полетина можно доверить информацию. Тем более, ты во всём этом была замешана…

В общем, по ее словам, дело было так: при последней передаче ключей новым Хранителям в Федерации что-то напутали, и оба они оказались у одного и того же человека. Вернее, у дракона, королевы Иридиары, моей родной бабушки. Когда бабуля ушла вместе со мной на Землю, петушков она взяла с собой и там передала мне.

Вот так, все очень просто – даже магические органы правопорядка не застрахованы от обыкновенного разгильдяйства. Второго петушка Марша отыскала в моей квартире, и сейчас ключи по всем правилам хранятся в разных мирах и в разных руках.

Ну, а сама Марша вполне довольна жизнью на моём месте и, кажется, планирует задержаться на Земле подольше. Уже прощаясь, науф вдруг спохватилась:

— Да, принцессочка, последние новости про твоего бывшего муженька и свекровушку хочешь узнать?

Я, честно говоря, не очень хотела – неинтересно, а Нарр совсем не желал слышать про моего бывшего. Но Маршу разве остановишь?!

— Да ладно вам, это прикольно! — хитро прищурилась она. — В общем, денег я эту парочку лишила, как вы знаете. А недавно и последнее жильё у них забрала: по закону им ничего не принадлежит, так что ничего личного, только бизнес! На работу в приличные компании Костика не берут – я постаралась! Публично обвинила его в воровстве активов моей компании, репутацию ему убила, и теперь ему одна дорога – в дворники. Но туда он идти брезгует, поэтому сейчас Костик и его маман Аполлинария Прокофьевна живут в квартире Костиковой любовницы и на её же деньги. И скажу вам, ве-е-есело у них! Хотите подробностей?

— Нет, нам неинтересно! — рявкнул Нарр.

— Скучные вы какие-то, — фыркнула Марша и исчезла из зеркала, через которое мы общались…

— Возвращаемся? — вывел меня из задумчивости вопрос мужа. — Или передумала, и мы откроем дворец твоей семьи?

Но я снова покачала головой: нет, не готова… Почесала за ухом лежащего у ног Снежка, словно ища поддержки своему решению. Он согласно фыркнул, лизнул меня в руку и завилял своим скорпионьим хвостом – дескать, одобряю. Как я могла когда-то думать, что он страшилище?! Он лапочка и дружелюбный, как щенок, правда не со всеми. Лукрелию, например, Снежок на дух не переносит, и она отвечает ему полной взаимностью. Но мы с мантикором живем душа в душу.

Нарр еще раз поцеловал меня в макушку и хитреньким тоном предложил:

— Может, отдадим этот дворец нашей старшей дочери? Лет через двадцать, когда вырастет и выйдет замуж, конечно. И, думаю, пора начинать присматриваться к мальчикам-драконятам – мы же не отдадим свою девочку за кого попало?!

— Как дочь? Ты же говорил, у нас будет сын?! — ахнула я, поворачиваясь к Нарру лицом. — Обманул?

— Что ты, любовь моя, как я могу! Сын будет, всё по-честному… Просто их двое за один раз, я сразу не стал тебе говорить, чтобы не пугать. — И ладонь мужа легла мне на живот в нежной ласке, а губы в жадном поцелуе прижались к моим губам.

И я, как обычно, с радостью подалась навстречу, забыв, что сердилась. Ведь целуется Нарр так виртуозно, что мой ум мгновенно отлетает и возвращаться не хочет! Или дело вовсе не в поцелуйном мастерстве? Может, в том, что наши поцелуи – это разговор на языке, забытом всеми, кроме душ влюблённых?