Онлайн книга «…Jet'aime…»
|
— Она не принесёт тебе счастья! — Я люблю её. — А она любит лишь твои деньги! Ты собираешься жениться на падшей женщине! — Если Эстель куда и упала, то это были мои объятия. И это ещё одна причина, по которой я собираюсь как можно скорее назначить день свадьбы. Никто не смеет говорить подобное о моей невесте, в том числе и ты! — Ещё как смею! Она, если это правда, любит тебя всего лишь год, а я – столько, сколько себя помню! – Кларисс, как утопающий за соломинку, цеплялась за слова: – Так значит, ты женишьсяпрежде всего из благородства? — Святые небеса! Чем ты слушаешь? Прости, если давал тебе хоть какие-то надежды, прости за то, что причиняю боль, но сердцу не прикажешь. Последние слова она произнесла обречённо, не пожелав оставаться подле него ни секундой дольше: — А оно у тебя есть, это самое сердце? Боль в левой стороне груди доказывала, что есть. Изношенный механизм живой мышцы, гоняющий по истончённым временем сосудам живительную жидкость. Брион тяжело вздохнул и закрыл глаза. Каким же он был глупцом, как был слеп… Почему даже на миг не закралось в голову подозрение, что автором писем могла быть девушка? Женщина, ставшая женой и делившая с ним постель почти сорок лет… Постель убийц… Он стонал не столько от боли, сколько от бессилия что-либо изменить, повернуть время вспять. Для чего прожил столько долгих лет на земле? Чего добился, к чему пришёл, кому передаст своё наследие? Одинокий, бездетный старик, не живущий, а доживающий отпущенный Богом срок. Осознание, что твердившая, будто любит беззаветно и искренне, причастна, как и он, к гибели Эстель, многократно усиливало боль, лишая веры в искренность Кларисс. Не может любовь жить в обмане: она перерастает в страх. * * * Машина шуршала покрышками, подпрыгивая на редких ухабинах, увозя хозяина к северу от Лондона, на встречу со спокойствием Хайгейтского кладбища, к его старым склепам, изваяниям каменных ангелов с отбитыми крыльями. Ангелу своего сердца крылья обрезал он сам… — Сэр, вас проводить? — Не нужно, дойду потихоньку. Жди здесь, я ненадолго. Ален оперся на руку секретаря и тяжело ступил на норовившую уйти из-под ног землю. — Вам плохо? — Нет, укачало немного. Не беспокойся, сегодня не умру – не все дела сделаны. — Вы просто не имеете на это права, пока не оставили точного завещания. — Ах ты плут, – рассмеялся мистер Брион. – Я-то думал, ты пожелаешь мне вечной жизни. — Упаси бог! – Жак истово перекрестился, однако сложенные в улыбку губы выдавали его мысли. — Почему? – Ален ожидал от помощника подвоха. — Так я же верю во всё потустороннее, а на старом кладбище и воздух пропитан тайнами. Говорят, ирландец Брэм Стокер, прогуливаясь здесь, вдохновился для написания «Дракулы». — «Дракула» – это что? — Вы разве не читали этот роман? Очень страшный, надо сказать. Сюжет о любви неживого к живой, о ненависти, мести и жажде безграничной власти. — Слишком мудрёно. Нет, не читал. И чем заканчивается история? — Для одних – хорошо, для других – печально. А как иначе? Я думаю, настоящая любовь не забывается, даже если живёшь не одно столетие. Обожаю истории про вампиров, особенно если хочу уйти от реальности. Память любви… Сердце Бриона заныло с новой силой. Как подходит это определение к его собственным обстоятельствам. |