Книга Фарфоровая невеста, страница 43 – Соня Золотова

— Какой еще человек? Я о ДЕРЕВЕ! — вскричал старик, покраснев от гнева, яростно жестикулируя клюкой. — О вековом ДУБЕ, хранившем Академию со времен ее основания!

— О Дубе? — Я обернулась и обнаружила вместо ветвистого могучего дерева, возле которого уснула — горстку пепла, раздуваемую ветерком. — Ой…

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

Ночью мне удалось уснуть не сразу и наутро я встала будто вареная и с опухшими глазами. Хотя не плакала… ну, почти не плакала. В итоге до полудня чувствовала себя, как снулая рыба, а еще все валилось из рук.

В середине дня колокольчик над дверью звякнул особенно энергично, и я машинально подняла голову с мыслью: «Интересно, кто теперь собирается испортить мне жизнь?»

В магазин вошла булочница Лили. Та сама, из работниц Хорна, моя спасительница и накормительница!

А рядом с ней шагал мальчишка лет шести. Курносый, веснушчатый, с вихром светлых волос, который дерзко топорщился на затылке. Он держался за мамину руку и смотрел на все вокруг огромными глазами.

— Добрый день, — сказала булочница.

— Добрый.

— У меня к тебе дело. Если, конечно, тебя не затруднит…

— Какое?

Булочница посмотрела на сына.

Сын посмотрел на булочницу.

Потом они оба посмотрели на меня.

— Он хочет свистульку.

— Свистульку?

Мальчишка немедленно закивал.

— Волшебную! Которая вызывает птицу-киммицу!

Я моргнула.

— Волшебную?

Он посмотрел на меня так, словно ответ был очевиден.

— Да! Потому что вы же волшебница.

Лили засмеялась.

— Боюсь, все дети нашего района теперь действительно так думают.

— Замечательно.

— По-моему, тебе идет должность волшебницы.

— Очень. — Я тяжело вздохнула. — И какую именно свистульку хочет господин волшебный заказчик?

Мальчишка немедленно выпалил:

— В виде игрушки!

— Какой?

Он задумался. Серьезно и надолго задумался. Потом выдал:

— Красивой.

Очень конкретное техническое задание. Сразу видно опытного менеджера.

— Я постараюсь.

Он просиял так ярко, словно я только что уже подарила ему птицу-киммицу, и свистульку, и чудеса со сказочным замком в придачу.

Булочница тем временем рассматривала тарелки. А я вдруг поймала себя на мысли, что впервые вижу ее не в булочной. Не функцией, а человеком. И выглядела она удивительно счастливой.

Наверное, именно поэтому следующий вопрос вырвался сам собой.

— Тебе и вправду нравится здесь?

Лили посмотрела на меня с удивлением.

— Здесь?

— Не в магазине… В этом городе.

Она улыбнулась. Очень тепло. Совсем не так, как улыбаются люди, которым приходится убеждать себя в собственном счастье.

— Конечно. — Мальчишка уже убежал рассматривать чашки, поэтому она чуть понизила голос и продолжила. — Если честно, дома мне было хуже.

— Правда?

— Угу.

Она облокотилась на прилавок.

— Когда Хорн меня сюда притащил, я ревела почти полгода.

Мне стало немного легче. Хотя бы не одна я начинала с печали.

— А потом?

Булочница улыбнулась. И посмотрела на сына. Тот как раз пытался заглянуть внутрь огромной супницы.

— Потом появился он.

— Ваш сын?

— Сначала муж. — Она засмеялась. — Потом уже сын.

Я невольно тоже улыбнулась.

— Он местный?

— Да.

— И ты… — Я замялась. — Осталась?

— Конечно.

Она посмотрела на меня так, словно я спросила что-то странное.

— А зачем мне уезжать?

Я открыла рот. Закрыла. Потом снова открыла. Потому что ответ казался очевидным.