Книга Жестокие тайны, страница 66 – Морган Бриджес

Не обращая на меня внимания, он, щурясь сквозь прорези маски, смотрит на Ксавье:

— Ты должен дать клятву мне, новобранец.

Ксавье напрягается всем телом, крепче сжимает мое лицо, потом опускает руки. Медленно выпрямляется во весь рост и, высоко подняв голову, встречает взгляд командующего. Смотрит на него так, что я почти забываю про свой ожог.

Это не клятва – это обещание смерти.

Командующий не двигается. Раздраженно щурясь, наблюдает за Ксавье. Затем переводит взгляд на меня.

— Произнеси клятву еще раз, – говорит он со злобной усмешкой. – И на этот раз сделай все правильно, иначе придется начать ритуал сначала.

Кожу покалывает ужас вместе со все еще не отступившей болью. Он что, серьезно? Я смотрю на Ксавье, пытаясь понять, собирается ли он во второй раз ставить на мне клеймо. Я не выдержу этого, не отдав им то, чего они хотят. Внутри безудержно разрастается страх.

Каждая секунда тянется будто вечность. Наконец Ксавье непокорно вскидывает подбородок.

Я внутренне сдаюсь и сжимаю кулаки. Мне конец.

— Votum meum illi^[4], – произносит он.

Командующий замирает. И, с минуту помолчав, отвечает:

— Votum tuum receptum est^[5].

Я закусываю щеку изнутри, не понимая, что только что произошло. Ксавье успокоил его или, наоборот, разозлил еще больше? И что это теперь значит для меня?

Столько вопросов – и, черт возьми, ни единого ответа.

Плечо глухо пульсирует навязчивой болью, мышцы дрожат оттого, что пришлось так долго лежать неподвижно. Не хочется привлекать к себе внимание, когда я в таком уязвимом положении. Кто знает, что еще за извраты они со мной проделают?

Член совета поворачивается к стоящим кругом рекрутам, поза его теперь чуть расслабленная, и от этого он выглядит немного менее угрожающе. Оглядев толпу, замечаю, что никто не аплодирует и не кричит, как было, когда клеймили Джун. Любопытно, почему так? Впрочем, тут незнакомец начинает говорить, и все мысли вылетают у меня из головы.

— На сегодняшнем состязании вы доказали, как стали преданы Ордену за последние три года. В ответ мы награждаем лучших из вас невестой. Превыше всего мы ценим умение, силу и верность. Именно эти качества каждого из вас мы проверим на грядущих Испытаниях. Трое сегодняшних победителей освобождаются от обета безбрачия. Каждый из них может быть со своей невестой, которую избрали для службы.

Развернувшись, член совета скрывается в темноте, и рекруты тут же начинают громко гомонить. Я делаю несколько глубоких вдохов, но это не помогает. Бен поднимается к алтарю в тот самый момент, когда Ксавье расстегивает первый наручник.

Видя, как он и Бен смотрят друг на друга, я теряю способность дышать. Мозг лихорадочно пытается осознать, что происходит, глаза перебегают с одного на другого. Лиц их под масками не разглядеть, но по глазам и так все понятно.

— Делайла, ты в порядке? – спрашивает Бен. Он берет мою руку и прижимает к своей груди, цепь, все еще прикованная к моему запястью, позвякивает. – Скажи что-нибудь.

— Если ты не уберешь руки от моей невесты, я убью тебя. – Мы с Беном оборачиваемся на Ксавье, а тот склоняет голову. – Я думал, ты хочешь, чтобы я что-то сказал.

Мой приемный брат срывает с себя маску и бросает ее на землю, открывая искаженное яростью лицо. Я чуть тяну его за руку, и он тут же оборачивается ко мне.