Книга Ценный груз, страница 73 – Крис Велрайт

— То есть он не уходил отсюда до самого утра?

— Вроде бы нет. – Гао взглянул на помощницу. – Хотя, погодите-ка, все же он отлучался, а потом снова вернулся.

— В каком это было часу?

— Да кто его знает, в каком. Отсюда гонгов неслышно. Но мы в тот день открылись примерно во столько же, а он уже торчал у входа. Сразу заказал только самое лучшее, а через пару часов ушел, потом вернулся, заказал еще больше выпивки и остаток ночи провалялся в углу нашего заведения.

Дэмин нахмурился. Выходит, что капитан им соврал.

На суде он заявил, что направился в порт, как только прозвучал гонг, отбивающий час бегущего кролика. От порта досюда пешком минут тридцать. В подвыпившем состоянии и все сорок будет. Но все равно он пришел бы как раз к часу отплытия судна, так как начальник порта заявил, что после последнего гонга прогорела ровна одна палочка. Но, судя по рассказу трактирщика, тот задержался здесь на более долгое время. Зачем он соврал представителям закона? Возможно, по пьяни забыл о работе, а когда вспомнил, ринулся в порт, но судно уже пропало. После чего решил вернуться и запить переживания горьким вином. Вряд ли капитан не знал, что отсюда не слышно гонгов, если не единожды тут бывал. Но он точно знал, сколько займет погрузка и через какое время ему следовало бы вернуться, поэтому и назвал на судебном слушанье час бегущего кролика, чтобы никто не обвинил его в халатности и пьянстве.

— Вы знаете, где живет этот капитан?

Трактирщики часто знали, где обитают их постоянные клиенты, так как те, бывало, напивались до состояния «нестояния» и владельцам таверн приходилось заказывать им доставку до дома. Конечно, подобная забота тоже включалось в счет, и часто трактирщики завышали стоимость услуг по перевозке, деля прибыль вместе с рикшами.

Гао, желавший, чтобы разговор закончился до начала открытия заведения, с радостью сообщил адрес и с еще большей радостью распрощался с гостями. Теперь Дэмину и Мингли вновь предстояло вернуться в Портовый район. Поэтому они молча переглянулись, мысленно проклиная капитана. Вечером в той части города совсем не хотелось находиться.

Дэмин понадеялся, что подобного рода опыт отобьет у демона мысль о том, что расследовать преступления интереснее, чем выносить приговор. Пусть посмотрит на то, как люди живут в трущобах и насколько там небезопасно для таких, как они.

По правде говоря, молодой судья сам лишь дважды бывал на улочках Портового района. Одно дело – сам порт, и совсем другое – прилегающая к нему территория. Тут не было широких бульваров, пешеходных зон, красивых вывесок и аккуратно высаженных деревьев. Ширина улиц между домами равнялись длине копья. Таков был закон. Наверное, единственный, который соблюдали в этой части города. И то не полностью. Выше первого этажа – ибо там уже никак не измерить ширину улицы – дома превращались в ужасающего вида самострой. Нагромождения из криво сколоченных дополнительных пристроек, настолько плотно прилегавших друг к другу, что можно было сходить в гости, перешагнув с балкона на балкон. Детей рождалось много, а места было мало, и потому люди занимались созданием дополнительного пространства для жилья любыми возможными способами. Между крышами протягивались толстые веревки. Но вовсе не для того, чтобы украсить город в ночное время или по праздникам развешивать фонари. На них накидывали жутко выцветшие тряпки, чтобы скрыться от жары летом или от сильного ветра зимой. Также эти канаты часто соединялись жердями, образуя настоящие навесные лестницы. Прекрасный способ добраться до нужного места, не спускаясь. Весной или осенью улицы превращались в грязевые потоки, наполненные нечистотами. Зрелище не для слабонервных, особенно когда сель сходил, уносясь в стоки канализации – если ту, наконец, вдруг решали почистить, – и взору представали трупы несчастных, которые имели глупость случайно или нет оказаться на пути катаклизма, созданного руками людей.