Книга Преподаватель, страница 205 – Юлия Хокка

— Почему вопрос бабушки о том, кем я тебе прихожусь, вызвал затруднения?

Значит, мне не показалось, и он обратил на это внимание. И выражение на его лице изменилось именно из-за этого.

— Ну, ты же видел, она довольно специфичный человек. Я не знала, что лучше сказать, как правильно все преподнести.

— Поэтому посмотрела на меня так, словно наилучший ответ знал я? Я, который даже незнаком с твоей бабушкой? – Он спросил это ровно, без наезда.

— Я просто растерялась. Извини, если тебя это задело.

— Нет, – Шефер медленно покачал головой, боковые темные прядки выпали из челки, чуть закрывая лицо, – просто хотел понять. Не задело.

— Олег?

— М?

— Так… мы встречаемся, да? Официально? Ты уже озвучивал это сегодня, но… Это вот прям по-настоящему, да?

Он так долго говорил, что не станет встречаться с молодой студенткой, что ему не подходят такие отношения, мы даже будто попрощались, а потом вдруг все так резко переменилось… Мы вроде как были вместе, но подвешенное состояние сохранялось. И, если судить по фактам, не должно было возникать никаких вопросов и сомнений, однако хотелось узнать, что думает Шефер. Момент для этого выпал как раз удобный.

— А по-твоему, как? – совершенно спокойно спросил он, тоже сильнее развернувшись в кресле.

— Я этого хочу, и наши взаимоотношения действительно так и выглядят сейчас, но что об этом думаешь ты? – искренне ответила я.

— Ты мне очень нравишься. Вернее, я в тебя влюблен. Я чувствую необходимость оберегать и защищать тебя. Мне нравится с тобой общаться, разговаривать, хочется проводить с тобой время. Меня тянет тебя целовать и обнимать. И я намерен все это делать. Я хочу тебя. И хочу, чтобы ты была частью моей жизни. Кажется, что-то подобное я уже даже говорил. Это можно назвать «мы встречаемся»?

— Думаю, да. – От вспыхнувшего смущения мой голос превратился в шепот.

Заметив это, Олег подавил улыбку и воскликнул:

— О нет, только не говори, что ты опять смущаешься!

— Хорошо, не скажу.

Он коротко посмеялся, но шикнул и осекся, инстинктивно коснувшись губы.

— Болит? – с искренней жалостью спросила я.

— До свадьбы заживет. – Он подмигнул. – Поцелуешь меня?

Внутри будто вспыхнули искры. Наклонившись, я оперлась одной рукой на его бедро, в этот раз положив ладонь правильно, а другой – обхватила за шею. Первым желанием было подразнить его, не целовать сразу, но силы воли для этого не хватило самой. Как только мои губы осторожно коснулись губ Шефера, чтобы не сделать больно, он моментально ответил, но в страстную фазу не переводил.

— Ты так резко поменял свое отношение ко мне… Почему? Да, ты говорил, что понял, что… влюбился. И все же?

Олег вздохнул и, подумав немного, заговорил:

— Это не было импульсивным решением. Я пришел к этому постепенно – через размышления, через разговоры с Русланом и бессонные ночи. Просто потому, что больше не мог цепляться за свои взгляды и убеждения, когда душа рвалась к тебе. – Его голос звучал так размеренно, словно музыка. И несмотря на то, что Шефер задумчиво водил пальцами снизу по рулю, время от времени касаясь браслетов на запястье, будто нервничая, речь его была плавной и складной. – Даже наша первая встреча… Несмотря на то что мою голову занимали тогда совсем другие и довольно неприятные мысли, ты привлекла внимание сразу, как только вошла в поезд. Разве можно проигнорировать такие большие и взволнованные глаза? Да и вообще, ты девушка красивая, милая, по лицу видно, что не дурочка. Когда ты прилегла на меня, заставив вынырнуть из невеселых дум в реальность, сердце екнуло, хотя казалось, что я такое уже перерос. – Он ухмыльнулся. – Если бы мы были в фильме, я обязательно подошел бы к тебе познакомиться. Но жизнь не кино. Порой она интереснее. Ведь мы встретились снова, и ты решила полежать на мне и на концерте. Тогда возникла мысль заговорить, но я так боялся, что снова влезу в какую-то любовную ерунду и помешаю реализации глобальной цели, связанной с бизнесом, что пришлось выбросить тебя из головы. Но ты зацепила. Это факт. Было в тебе что-то такое особенное… Отличалась ты от остальных. Своей детской наивностью во взгляде, перемешанной со взрослой серьезностью и тоской. – Взгляд Олега был направлен в прошлое, в его воспоминания и чувства, и он продолжал рассказывать, не замечая ничего вокруг: – Ты обронила шарфик. Я поднял его, хотел догнать, вернуть, но какой-то мужик перегородил дорогу, а ты тем временем запрыгнула в поезд. И уехала, исчезла, как мне казалось, навсегда.