Книга Преподаватель, страница 114 – Юлия Хокка

Маша была права. Я не плохая. И повторить судьбу своих ближайших родственников мне совсем уж не хотелось. Но психические загоны по щелчку пальцев не исчезают, так что надо было действовать постепенно, шаг за шагом. Чуть поразмыслив, я снова переписала свой план, сделав его более точным.

1. Тренировки дома два раза в неделю.

2. Больше ходить пешком.

3. Питаться правильно.

4. Разнообразить стиль в одежде.

(Подумать над прической?)

5. Английский два раза в неделю.

6. Регулярно читать что-то по психологии.

7. Перестать сравнивать себя с другими.

8. Перестать придумывать проблемы до их возникновения.

9. Меньше общаться с мамой и бабушкой.

10. Найти психолога.

11. Выделить больше времени на хобби и культуру.

12. Окончить университет.

13. Стать независимой.

14. Найти нормальную работу.

15. Переехать в Питер.

По поводу десятого пункта все же стоило поговорить с Ксенией Витальевной, у нее наверняка должны были быть знакомые из этой сферы – бывшие выпускники или коллеги. Девятый пункт оказалось морально тяжело записать и уж тем более приступить к его выполнению. Но это правильно. Если люди тянут на дно и повлиять на это никак нельзя, то лучше лишний раз за них не цепляться. Даже если эти люди – близкие. Одиннадцатый пункт помог бы напитать душу чем-то кроме деструктивного негатива, а пятнадцатый – оставался главной надеждой и спасательным кругом.

Еще я вспомнила интересный способ попытаться иначе взглянуть на свою жизнь. О нем нам рассказывал Равиль Денисович. Суть заключалась в том, что каждый день ты должен концентрироваться на хороших моментах, а вечером записывать их в дневник. Это должно помочь сместить фокус внимания с негатива на позитив. Можно тоже попробовать.

16. Замечать хорошее вокруг.

Какие хорошие моменты были сегодня?

Я узнала, что Маша заинтересовалась другим парнем и появилась надежда, что она уйдет от абьюзера.

Мы с ней хорошо поговорили, и она меня поддержала, стало легче.

И… я улучшила план, который может изменить мою жизнь.

Я удовлетворенно вздохнула. Вполне неплохо для одного дня.

Оставалось два нерешенных вопроса: что делать с Яной и что делать с Олегом Сергеевичем?

Общение с одногруппницей тяготило, но почему-то прервать его не получалось. Что-то в нем цепляло. Все-таки мне стоило съездить на тусовку и посмотреть, как все пройдет. Возможно, она прояснит этот момент.

С Шефером сложнее. Отпускать его не хотелось, но от зацикленности надо было избавляться… Можно было бы попробовать «обратную психосоматику» – вести себя так, словно мне плевать на него. Глядишь, со временем сама в это поверю.

Вот только вспыхнувшее воспоминание о его объятиях вызвало онемение в груди и внизу живота, заставив усомниться в успешности этого плана.

Я снова сидела в деканате. Никаких особых дел не было, просто хотелось побыть одной и в тишине. И, возможно, увидеть Олега Сергеевича… Пока план с забиванием на него не особо работал.

Разложив на столе учебник и тетради, я занималась английским. Но вскоре звук шагов в коридоре меня прервал.

Дверь в кабинет открылась.

— Добрый вечер, Олесь. Как ваши дела? – будничным тоном спросил Шефер, перешагнув порог.

— Здравствуйте, Олег Сергеевич. – Я отложила ручку в сторону. – Все в порядке, у вас как? – Щеки пылали, хорошо, что слой тонального крема мог скрыть это от посторонних глаз.