Книга Дочь твоего врага, страница 80 – Эве Лин

Слышу шуршание фольги, его руки на моих уже влажных трусиках, он оттягивает их и заполняет меня одним движением.

Вскрикиваю, он все еще слишком большой для меня.

Но Клим не дает привыкнуть к себе и сразу же начинает двигаться, выбивая из меня стоны удовольствия. Он начинает кусать соски, оставляя все новые отметки. Я уже мычу, прикусываю итак искусанные губы и чувствую, как возбуждение нарастает с каждой секундой.

Одной рукой упираюсь в стекло машины, другой хватаюсь за его плечо чтобы не упасть, хотя знаю — он не даст мне упасть, держит итак очень крепко. Так что не страшно оказаться над пропастью.

Клим меняет угол, и его толчки становятся еще глубже, растягивая, и я ловлю нереальное возбуждение.

Он наматывает мои волосы на кулак и тянет немного назад, так что ему идеально открывается доступ к моей шее. Я вся в его власти, его кукла, которой он сейчас показывает новый мир. Порочное удовольствие и наслаждение.

Его толчки становятся резче и глубже. Я стону, уже не стесняясь, не боясь, что нас могут услышать.

Начинаю кончать, и Клим, чувствуя это, притягивает к себе еще ближе, вынуждая смотреть в омут его глаз. Я плыву от них, умирая и возрождаясь вновь.

— Кричи, Арина, хочу слышать тебя, — рычит он, сжимая подбородок.

Я словно по его команде начинаю бурно кончать, с моих губ срывается крик, который тонет в его рычании.

Мы приходим к финалу одновременно. У меня практически нет сил что-либо делать, поэтому просто ложусь на него, чувствую сумасшедшее биение его сердца.

Когда эмоции хоть немного успокаиваются, я спрашиваю то, что должна была спросить давно, но не осмелилась.

— Рассказажи, что сделал мой отец…

— Не боишься, что тебе не понравится правда? Возможно, будет так, что твой отец прав насчет меня? И я конченная сволочь. — Спрашивает Клим, смотря на меня. Я знаю, он хочет проверить меня. Но я не боюсь, что бы там не было, это в прошлом, которое, к сожалению, тянется за нами.

— Не говори так! — твердо произношу я, сама беру его лицо в свои руки. Сейчас его глаза выглядят особенно темно, словно дно бескрайнего океана, но я не боюсь туда провалиться и утонуть. — Что бы там не было! Я не разочаруюсь, я знаю, какой ты. Безжалостный и жестокий, и я не боюсь этого…

— Знаю, поэтому ты здесь… — тихо произносит он, сжимая меня в своих руках.

— Но я хочу знать, знать все, что произошло с твоими родителями, с тобой…

Клим молчит, смотрит на меня, его лицо ничего не выражает, но я чувствую, что внутри много эмоций. Он не знает, как поступить.

— Клим, пожалуйста… — прошу тихо, умоляюще.

Он сдается, глубоко вздыхая.

— Почему я не могу тебе отказать, — в его голосе усмешка. — Все началось еще в студенческие годы. Твой отец был другом моего отца. Они вместе решили открыть бизнес, который развивался стремительно. Наши семьи были дружны, у кождого родился ребенок, бизнес шел в гору. Но тут поступает заказ, выгодный, приносящий миллионы, но очень опасный. Мой отец был категорически против этого. А твой, наоборот, за, вот тут-то между лучшими друзьями произошел первый конфликт. Который начал разрастаться очень быстро. Мой отец предлагал разделить бизнес, чтобы не связываться с опасными людьми, но Александр не захотел… Он хотел быть единственным руководителем компании и согласиться на предложение, которое сулило ему миллионы. Тогда он решил предать моего отца. — тут Клим замолкает, сглатывая, я вижу, что ему тяжело, поэтому прижимаюсь теснее, давая понять, что все хорошо, я рядом. — Это произошло ночью, моих родителей убили по дороге в особняк, несчастный случай, не справились с управлением, как потом сказали следователи, наплевав на то, что тело отца нашли в пяти километрах от машины, а маму… Ее вообще не нашли…